Автор
В теплом кабинете главного босса, где атмосфера напоминает уличную таверну, я не стесняюсь заявить о своих сомнениях и страхе перед проверкой. Сестра или подруга? Да так все просто, но сколько раз застреливается мой собственный брат в голову? Атмосфера напряженной игры пронизывает каждый слово....
Злоба одолевает. Накатывает, да так мощно, что хочется разораться. Но понимаю, что не перед ребёнком это делать.
Снежка опускает взгляд вниз, губки надувает.
— Снежана, — говорю строго. Говорить не хочет. Защищает няньку? У них же разлады были.
— Она плосила не говолить, — отворачивается.
— Но папе ведь ты скажешь? — надавливаю грозным тоном.
— Она с дядей каким-то была. Каталась.
Представляю.
И не знаю, отчего больше бешусь. От того, что Сергеева с каким-то мужиком обжимается, или от того, что она делает это, когда моя дочь одна катается на катке, где небезопасно.
— И? Что потом было? — спрашиваю с трудом. Точка кипения всё ближе. Ещё чуть-чуть — и взорвусь.
— Я поланилась, плакать начала, — носом шмыгает. Сильнее прижимаю её к себе. Какой же стресс она испытала! — Пошла Валю искать. Не нашла. Подумала, что она уже ушла без меня. И вот… Потелялась. Тебе позвонила.
Она плакать начинает и сжимается, утыкаясь носом в расстёгнутое пальто. Рубашка вмиг становится мокрой от слёз малышки.
— Всё хорошо, — поглаживаю её по шелковистым светлым волосам.
"Сильнее обнимаю Снежку и благодарю всех, кого можно, что она осталась цела. Даже представлять не хочу, что с ней случилось бы, если бы она не позвонила мне.
Варя, чёрт! Где она?!
— Марат?
За спиной слышится испуганный и тонкий голос.
А вот и она.
— Я не знаю, как это произ…
Встаю с дивана, опускаю Снежку на сиденье. Держись, Марат, нельзя вспылить при ребёнке.
— Отойдём, — чеканю. Еле сдерживаюсь, чтобы не перейти на крик. Но устраивать истерику перед дочерью — не буду. Ей не нравится, когда я кричу. А она сегодня и так натерпелась.
Не оборачиваясь, направляюсь в свой кабинет. Кулаки чешутся. Понимаю, что хочу что-нибудь ударить. И будь за мной какой-то пацан, а не Варя — я непременно бы это сделал. Но только открываю первую попавшуюся дверь. Захожу в ВИП-комнату, включаю свет. Слышу за спиной тихие шаги и тяжёлое дыхание.
Оборачиваюсь. Впиваюсь взглядом в растерянные глаза.
— Марат, я всё объясню, — шевелит губами. Объяснит, конечно. Кому-нибудь другому. Мне уже достаточно того, что я слышал. Снежана врать не станет. Да, у них были разногласия, но моя дочь никогда бы не стала врать мне так — внаглую, открыто. Поэтому верю каждому её слову.
— Не надо, — отвечаю сухо, холодно. Лишь бы не расслабиться. Не оттаять.
Мда.
