Автор
В теплом кабинете главного босса, где атмосфера напоминает уличную таверну, я не стесняюсь заявить о своих сомнениях и страхе перед проверкой. Сестра или подруга? Да так все просто, но сколько раз застреливается мой собственный брат в голову? Атмосфера напряженной игры пронизывает каждый слово....
А всё из-за глупых слов «Тигр мой».
Какой ещё тигр?
Я хватаюсь за оповещение, тяну его вниз и разворачиваю, чтобы увидеть отправителя и оставшиеся строки.
Это девушка. Судя по груди у неё на аватарке — шикарная девушка. Неосознанно оцениваю свою. У меня же круче, да?
Читаю дальше.
«Тигр мой, давно не виделись. Когда тебя ждать? Я думала, мы отпразднуем Новый год вместе. Договаривались же. Я и бельё надела, которое ты мне подарил. Во»
Дальше она присылает фотографию, которую посмотреть я не могу. Нажму, и откроется, и тогда сообщение будет прочитанным.
Плевать, конечно, но…
Очень хочется нажать.
Это что значит? Он пообещал ей, что Новый год вместе будут праздновать? Заливал мне, что один останется, доставку сделает, а оказывается… А оказывается, он к ней поехать должен был! И бельё ей подарил. А мне вот никакого, кстати, подарка не сделал. А я ему… А я ему — наручники! Тоже неплохо!
И что же это получается, меня использовали? А теперь говорят, что девушкой буду? Да как же! Няня ему нужна, не более.
Приходит ещё одно сообщение.
Я не выдержу, если его прочитаю.
Но нет, моя мазохистка внутри тут же бегает глазами по буквам.
«Как тебе? Мне нравится. Жду тебя. Позвони»
Ух, я сейчас позвоню. Так позвоню!..
— Ты чего там пыхтишь? — слышится за спиной.
Я смахиваю быстро сообщение и оборачиваюсь, натягивая улыбку.
— Мама злая, — подскакиваю к нему. Отдаю телефон и выталкиваю из комнаты. — Пошли завтракать. Я голодная. У тебя, случайно, не найдётся таблеточка от головы, м?
Глава 21
— Полегчало? — передо мной опускается стакан так желаемой мной воды.
— Немного, — киваю. Вообще не полегчало. Голова всё равно трещит от удара. Да и к тому же я нахожусь в душевных терзаниях. Он сказал, что развод — это временно. Идёт бракоразводный процесс. Сказать ему о беременной жене?
Надо бы.
А выяснять ли про ту грудастую девушку? А не больно ли будет, когда правду узнаю?
А со Снежкой мне что делать? Она сейчас на стороне матери и явно не хочет со мной общаться.
Господи, голова разрывается от вопросов, на которые нет ответов.
— Больше так не делай, — серьёзно произносит и пальцем тычет мне в лоб. — Не желаю вытаскивать тебя из каждого бассейна. Ты могла заболеть. А ещё хуже — что-то себе застудить.
— Ты говоришь, как… — так и хочется сказать «моя мама», но я молчу.
— Серьёзно, Варь, — сводит брови к переносице. Заботливо гладит меня по щеке.
