Автор
Женщина, всю жизнь терпевшая унижения и пренебрежение в семье, получает второй шанс изменить свою судьбу. Отвергнутая и выброшенная из дома, она решается на отчаянный поступок — разрыв с прошлым и борьбу за собственное счастье, несмотря на социальные условности и давление окружающих.
Не хочу после пожалеть из-за одной случайно ночи, пусть в прошлом за пять лет так ничего и не вышло» – думала я лихорадочно, уже прикидывая, к кому могу обратиться с данным вопросом. Как ни крути, а пока выходило, что могу доверить это дело либо Дафне, либо Фуше. Виктор будет даже надежнее, но просить о подобном мужчину мне категорически не хотелось. Он и без того слишком уж интересуется делами моего дома. Остается Дафни, но она не одобрит мое решение, хоть и не ослушается. Моя подруга и личная горничная в последнее время слишком благосклонна к моему супругу.
– Что-то не так? Вы переменились в лице, – заметил Виктор, который все это время отслеживал выражения моего лица, что смутило, словно он мог прочесть мои мысли.
– Ничего, – стыдливо отвела я взгляд и быстро пробормотала: – На этом, пока что все. Рассчитываю на вас, Виктор, была рада встрече, – поднялась я с места, вынудив подняться и мужчину, который вновь наклонился, чтобы поцеловать мою руку. В этом не было ничего странного, но взгляд зеленых глаз вновь заставил смутиться, поцелуй показался излишне долгим, а мои пальцы задержались в его хватке больше нужного.
– Всегда рад услужить вам, леди Ария, – улыбнулся он мне на прощание, а когда я подошла к двери, чтобы покинуть помещение, добавил: – Мне нравится ваша решимость и наше сотрудничество, леди Ария. Надеюсь, изменения в вашем доме этому не помешают и впредь? Я рассчитываю на долгое и продуктивное сотрудничество, – произнес он с заметным подтекстом.
Отвечать я не стала и быстро покинула помещение.
***
– Ваша Светлость? Вы не заняты? – постучался Жак к своему господину, заметив, как тот даже не пытается скрывать документы, над которыми работал во время положенного отдыха. Секретарю оставалось лишь смиренно вздохнуть: Сиэль с детства был очень упрям, потому было глупо рассчитывать, что нравоучения на него подействуют, и он станет серьезнее относиться к показаниям врача. Радовало лишь то, что в последнее время герцог все больше отвлекался от работы. И каждый раз это было из-за герцогини."
"– Чего тебе? – неприветливо отозвался Сиэль, даже не взглянув на своего секретаря, сосредоточенный на документации.
– Это по делу, которое вы просили расследовать, – прочистив горло, сообщил Жак и только после этого Сиэль одарил друга заинтересованным взглядом.
– Что-то нашли?
– Это было несколько сложно, учитывая, что мы делали это втайне от мадам Фелиции и Ее Светлости, но есть несколько показаний.
