Автор
В камере монастыря, где она проводит остаток жизни, начинается тихий скандал. Устремившись в противоположное направление от тщетных похвал и жестоких угроз, героиня задумывается над тем, что заслужила такое неправедное счастье. Ее мать обещала доброту и покой - но теперь приходит время расплаты за послушание....
Во-вторых я боялась появляться в светском обществе в одиночестве, переживая за репутацию герцогского рода.
Но в этот раз я осознала, насколько глупо отказываться от радостей жизни в угоду чужой прихоти. Тем более, если это все равно не оценят.
– Ваша Светлость! – увидев герб на плаще моего эскорта, засуетился метрдотель, стоило зайти в ресторан. Вопреки моим скрытым переживаниям, меня не только не прогнали, но и встретили с распростертыми объятьями. А в прошлой жизни я искренне верила, что не достойна представлять герцогство и не смею портить людям настроение своим присутствием.
– Сегодня меня сопровождает лишь эскорт, – спокойно оповестила я, имея в виду стоящих за моей спиной рыцаря и служанку, которые чувствовали себя явно неуютно в этой обители роскоши. Даже я слегка стушевалась от богатого убранства ресторана, что уж говорить про Дафни? – Мне нужна личная комната или отдельная кабинка, – произнесла, полагая, что для Дафни так будет комфортнее.
– Позвольте проводить, Ваша Светлость герцогиня, – поклонился мужчина. Я кивнула, но тут внезапно заговорил сэр Гаспар:
– Мадам, позвольте отлучиться на несколько минут.
– Поступайте, как считаете нужным, – отмахнулась я.
Мне было совершенно безразлично на мнение герцога. А ему должно было быть все равно на то, где и с кем я. Главное, чтобы не создавала проблем. Потому и надобности в отчете не видела. Но сэр Гаспар казался человеком ответственным и закостенелым, потому свои обязанности личного рыцаря выполнял даже тогда, когда это совершенно не требовалось.
Мы шли в сторону отдельной комнаты, когда я ловила на себе удивленные и любопытствующие взгляды. Но в один момент атмосфера поменялась и взоры посетителей устремились к выходу.
Меня заинтересовало, что такое могло отвлечь внимание от печально известной герцогини-простолюдинки, и когда обернулась, не могла поверить в свою удачу.
