В плен из малинового суфле или вишневого — трудно сказать, какое вкуснее и ароматнее. Между тем, магический конь подошел к озябшей на ветру девушке, прислушиваясь и принюхиваясь. Галия заявила с усталым хриплым голосом: "Да девственница я, специально для тебя кормили, растили и холили." Зверь ответил фырканьем, что явно звучало как смех....
— Лорду Станаэлю гораздо лучше и етперь я могу сказать, что он поправится, если будет выполнять все мои рекомендации. Давайте заменим постель, милорду неудобно на столе!
Уверившись, что ее супругу и ее положению ничего не угрожает леди тут же развила бурную деятельность. Тюфяк с кровати выбросили в окно, простыни и бинты собрал один из парней и унес в прачечную. Двое других расправили новый тюфяк, набитый самой ровной высушенной травой, накрыли простынями и бережно перенесли лорда.
— Кушать пока не стоит, — Лилия заглянула в запавшие глаза мужчины, — больше пейте и принимайте лекарства, если вдруг поднимется температура или зазнобит, зовите меня.
"Она улыбнулась видя, как один из сыновей лорда тотчас занял место в кресле подле отца. Иссиэль прав, они хорошие молодые люди, и теперь, когда Аминта перестала мутить им головы своей зрелой красотой, смогут найти себе девушек по сердцу. Кто знает, может Светлая пошлет им а-таллион, если они проявят достаточно терпения.
За дверью Лилию перехватила сияющая Рада. Она потянула девушку в галерею, приговаривая, что надо скорее одеваться, мужчины уже ждут. Оказалось, в комнате Лилии собрались все девушки, ожидающие женихов. На этот раз степнячек было еще больше, ведь сборщикам дани некогда было рыскать по дорогам в поисках заблудившихся девиц.
Они смеялись, ахали и благоговейно рассматривали украшения, переданные лордом Иссиэлем для невесты. Лилия и сама ахнула, когда рассмотрела дивной красоты венок из самоцветов, выполненный в таком же стиле пояс, длинные серьги и колье.
А платье! Лилия и не подозревала, что на свете существует такая красота! Плотный золотистый шелк под нежно-голубым бархатом сиял как солнце из-за туч. Длинные рукава перехваченные золотыми лентами спускались почти до самого пола, широкий золотой галун обрамлял квадратный вырез, рукава, верхнюю юбку и чуть-чуть выступал из под нижнего платья.
По мнению Лилии, такого платья не могло быть даже у настоящей принцессы.
Так что облачение прошло в ударном темпе: сорочка, чулки, туфельки, нижняя юбка, нижнее платье, верхнее платье, украшения. Волосы девушки распустили и долго расчесывали, чтобы они заблестели на солнце, а потом прикрыли их тончайшей фатой, символом девической скромности и невинности.
