В глубокой тюрьме, освещенной единственными потрескавающими факелами, царит мрак и одиночество. Твёрдые кандалы не дают окровавленному телу отлипнуть от холодной стены, на которой сотни ран уничтожают кожу. Голос дьявола Демьяна прорывается через зловещую тишину, заряжая страшным насмешливым призывом....
Животное сразу же дёрнуло копытами и что-то глухо бекнуло, а потом глаза козла засияли тусклым красным светом.
— Хорошая работа, — похвалил я сам себя и недовольно покосился на фамильяра, никак не выказавшего своего восхищения. — Аким, теперь твой черёд. Объясни призраку, что он идёт с нами, дабы охранять поместье. И разжуй ему, кто свой, а кто чужой, а то он ещё Рябого укокошит или Бульдога.
— Гар-р-р, — согласно гаркнул фамильяр, уселся на козла и провёл с призраком неслышный диалог, закончившийся коротким кивком Акима.
Я тотчас распутал козла, после чего он встал и посмотрел на меня жутковатыми красными глазами. Однако меня его взгляд не тронул. Правда, я поморщился, но по другой причине. Мне не хотелось физически работать, однако надо же как-то прибрать кладбище, а то некромант устроил тут беспорядок.
Мне пришлось в течение получаса стаскивать всех мертвецов в вырытую некромантом яму, попутно превращая их в горстки гнили, чтобы они не занимали много места.
— А зубов-то сколько осталось, — проговорил Аким, заглянув в яму.
— Это точно, — поддакнул я и начал лопатой закапывать яму. — Если кто-то когда-то отроет её, пусть думает, что это клад зубной феи.
— Вряд ли кто-то это сделает. Кладбище забр-рошенное.
— Всякое может быть, — философски изрёк я и приказал фамильяру: — Полетай вокруг кладбища и поищи транспорт некроманта. Надо избавиться от улик. Ну, хотя бы от большей их части.
— Гар-р-р! — каркнул Аким и взлетел к звёздам.
Глава 20
Пока я закапывал яму, фамильяр успел прочесать окрестности и вернуться ко мне.
— В зарослях возле речушки стоит пустой автомобиль, гар-р-р, — сказал он, усевшись на могильную ограду. — Больше никакого транспорта рядом с кладбищем нет.
— Ладно, пойдём и посмотрим, что там за машина, — решил я, вытер со лба трудовой пот, закинул лопату на плечо и пошёл за Акимом, принявшимся указывать мне дорогу.
Порабощённый козёл двинулся следом за мной, ступая будто робот. Его не интересовала ни трава, ни лужицы воды. Только размеренное дыхание говорило о том, что козёл живой.
— Надо бы дать ему какое-нибудь имя, — кивнул я на рогатую животину. — Призрак же не помнит, как его звали при жизни?
— Не помнит, — подтвердил мои слова фамильяр и перелетел через кладбищенскую ограду.
Я тоже легко перемахнул её и проговорил, задумчиво хмуря брови:
— Может, ему подойдёт кличка Вельзевул? Или Люцифер? А то и Астарот? Блин, был бы я девушкой, назвал бы его просто именем своего бывшего, а так ломай теперь голову.
