В глубокой тюрьме, освещенной единственными потрескавающими факелами, царит мрак и одиночество. Твёрдые кандалы не дают окровавленному телу отлипнуть от холодной стены, на которой сотни ран уничтожают кожу. Голос дьявола Демьяна прорывается через зловещую тишину, заряжая страшным насмешливым призывом....
Затворник, нелюдимый. Он книжной пылью дышал чаще, чем свежим воздухом. Человек мягкий, как глина. Все его пинали, как шелудивую собаку. Но он как-то умудрился получить диплом весьма уважаемого университета города Великие Копья. Чернявск — это его родной город, который он покинул несколько лет назад и с тех пор ни разу тут не был. А вернулся он сюда пару дней назад, чтобы найти дальних родственников. Вот они, конечно, офигеют, если когда-нибудь увидят «нового» Артура, характером изрядно отличающегося от прежнего, — с ухмылкой проговорил я, придирчиво глядя на линии, остающиеся на полу от мела, зажатого в моей руке.
— Он на тебя чем-то похож. Р-рано осиротел, скитался… — подметил фамильяр.
— Не сравнивай меня с этим тюфяком. Он бы в темнице ящеров загнулся раньше, чем увидел щипцы для вырывания ногтей.
— Ладно, — проронил Аким и перевёл тему: — И где ты планируешь найти ученика?
— А где они водятся? В школах и университетах. Но мне не нужен сопливый юнец. С ним возни будет слишком много. Поэтому остаются университеты, точнее, университет.
— Но ты же не можешь цапнуть за руку любого мага смерти. А вдруг он не подойдёт? Гар-р-р.
— Верно. Мне нужно присмотреться к студентам, поэтому я попробую устроиться на работу в этот универ. Диплом Ратникова позволяет мне преподавать. Авось в университете есть какая-нибудь достойная вакансия, — сообщил я, с хрустом выпрямил спину и с удовольствием глянул на пентаграмму, заполненную рунами. Превосходно!
— Р-руна «ифь» кривовата, — пробрюзжал вредный фамильяр.
— «Ифь» безукоризненна. Ты, как всегда, придираешься, — отмахнулся я, натянул на палец остывший перстень и направил руку на пентаграмму.
Тотчас из магической побрякушки вырвались ранее поглощённые мной души грабителей из продуктовой лавки. Они впитались в пентаграмму, и в центре неё появились туманные рыцарские доспехи. Преобразование удалось.
— Гар-р-р, — презрительно каркнул Аким, глядя на моё творение. — Слабенькие «доспехи». Ты посмотри, какие они бледные.
— Какие души — такие и «доспехи». Из картона не сделать танковую броню, — огрызнулся я, раскрыл ладонь и втянул «доспехи».
Моя аура могла спокойно держать десяток таких магоструктур. Они были ценны тем, что с помощью мысли вызывались мгновенно, в отличие от магоформ. На призыв последних тратилось какое-то время, пусть даже и исчисляемое секундами.
