Накануне Восьмого марта даже умный мужчина начинает выглядеть как ребенок. Сегодня утром я проснулась под необычной коробочкой, сверкающей как ярмарочный огонек на открытке. Яркая розовая вставала над моей головой и зовла меня за дверь праздника, где каждый получал подарок от любимого человека.
Но Лена очень кстати оказалась около Вени на соседнем кресле, молодые люди понравились друг другу, парень ухаживал за ней пару месяцев, потом отвел ее в загс и переехал в просторную квартиру Веры Николаевны.
Вопреки всем анекдотам теща обожала зятя, а тот, рано потерявший родителей, платил ей горячей любовью. К Лене у Веры Николаевны была масса претензий. Дочь уродилась вредной, всегда хотела настоять на своем, не признавала ничьего авторитета, любила поскандалить с мужем, могла в запале поколотить посуду и наговорить резкостей. Когда мать пыталась объяснить Елене, что в семейной жизни главное – уважение и терпение, та сдвигала брови и кричала:
– Не тебе меня учить! Через сколько месяцев после свадьбы от тебя мой отец удрапал? Отлично ты себя вела, раз он смылся и больше никогда не проявлялся!
Еще Лена была скрытной, не советовалась с матерью и не любила заниматься хозяйством.
Веня же советовался с тещей:
– Ты не занята? Не знаю, как лучше поступить, давай обсудим ситуацию.
Еще он охотно бегал в магазин за овощами, без напоминания выносил помойное ведро, всегда пребывал в хорошем настроении и говорил Вере Николаевне:
– Вот стану министром, мне дадут дачу, ты там цветы разведешь.
Если Вера Николаевна приползала с работы усталая, Веня не гнушался стащить с нее сапоги, принести горячего чаю и выслушивал ее жалобы на рабочие неурядицы. Конечно, их очень сближала служба в одной сфере, Вениамин с полуслова понимал медэксперта, подчас они вместе рассматривали снимки, при взгляде на которые Лена начинала орать:
– Уберите немедленно! Меня тошнит!
Дети у молодых не получались, но Вера Николаевна не переживала. Она не отличалась особым чадолюбием, младенцы не вызывали у нее ни малейшего восторга, кроме того, она знала, что у дочки больное сердце, и понимала: из Лены не получится хорошая мать. Но дочь была о себе другого мнения. Она решила родить ребенка. Не последнюю роль в создавшейся ситуации сыграла настойчивость Вениамина и Веры, которые умоляли Елену послушать врача, избавиться от плода, не подвергать свою жизнь опасности. Чем больше упрашивали ее родные, тем строптивее делалась Лена. Может, оставь они ее в покое или, наоборот, начни бурно радоваться беременности, Елена назло им побежала бы на аборт. Но вышло иначе.
После смерти дочери Вера Николаевна растерялась. Она не очень понимала, как поступить с неожиданно очутившейся на ее руках Аллочкой. Но Веня быстро нашел выход.
