Накануне Восьмого марта даже умный мужчина начинает выглядеть как ребенок. Сегодня утром я проснулась под необычной коробочкой, сверкающей как ярмарочный огонек на открытке. Яркая розовая вставала над моей головой и зовла меня за дверь праздника, где каждый получал подарок от любимого человека....
Лапа самозабвенно закручивает консервы, гладит даже носки и моет плинтусы зубной щеткой. Да любой армейский сержант прослезился бы от умиления, глядя на то, как она старательно полирует замшевой тряпочкой никелированную пупочку на бачке унитаза. То, что должно блестеть, обязано блестеть, остальное необходимо накрахмалить! – вот основной жизненный принцип Лапули. Вам придет в голову встать на стремянку и ватной палочкой выковыривать пыль из загогулин лепнины на потолке? Нет? Тогда не смейте шутить по поводу умственных способностей Лапули, потому что данную процедуру она проделывает два раза в месяц.
Единственная беда – Лапа подчас непонятно высказывается, у нее своеобразная лексика и нестандартное мышление. Но я научилась понимать девушку. Вот сейчас она, привалившись к унитазу, произнесла вроде загадочную фразу: «Зайчик офигел, его подарок котика достал». А я легко расшифрую ее. Котик – это Димон. То есть хакер сделал любимой некий подарок на Восьмое марта, который заставил офигеть зайчика.
– Вот почему наш народ попал в пучину перестройки! Все увлеклись глупостями и забыли о революционной бдительности.
А Маргоша восклицает:
– Я совсем не уверена, что беременность идет женщине на пользу! Лапуся, возьми маленькие гантели и сделай сорок приседаний, это тебя отвлечет.
Истинное сострадание к Лапе испытывают лишь кошки. Едва бедная девушка устраивается около унитаза, рыжие подружки садятся рядом и принимаются выть на разные голоса.
Я протянула Лапуле руку.
– Вставай, не сиди на полу, плитка холодная. Еще простудишь зайчика. Димон преподнес тебе духи?
Лапа застонала.
– О! Точненько! В розовой коробочке! С синей ленточкой! Красивенькие! Но вонюченькие! Фу! Я чуть не умерла, когда понюхала. Ты такая умная! Взяла и догадалась! О-о-о!
Лапулю снова согнуло над унитазом, Гера и Лера заорали, как положено мартовским кошкам, Ариадна и Клепа зафыркали.
Я погладила Лапу по спине и поспешила в другую ванную.
