Накануне Восьмого марта даже умный мужчина начинает выглядеть как ребенок. Сегодня утром я проснулась под необычной коробочкой, сверкающей как ярмарочный огонек на открытке. Яркая розовая вставала над моей головой и зовла меня за дверь праздника, где каждый получал подарок от любимого человека....
Никому ее не выдала! Умею держать язык за зубами! И дело немного по-другому обстоит!
Я не стала отвечать на вопрос Маши, а она нервничала все сильнее.
– Я же тебе о нем не говорила. Это секрет! Он моя любовь!
Я сделала попытку утешить Медведеву.
– Машенька, не волнуйся…
Но она заплакала, ее речь стала бессвязной.
– Он любит меня! Но стал жертвой шантажа! Она заболела, хочет заполучить все его деньги!"
"Мне стало жаль девушку. Местоимение «он» она произнесла торжественно, вроде как с заглавной буквы, с придыханием.
– Ой, он так рассердился, что я звякнула ему на мобильный, – всхлипывала Маша, – каменным голосом ответил: «Кто говорит? Какая Маша? Девушка, вы ошиблись номером».
– Очень благородно с его стороны, – с издевкой произнесла я.
– Он замечательный, знаешь, он мне постоянно правильные ответы подсказывает.
– Машута, мы же договаривались! Никаких контактов в рабочее время! И где ты мой сотовый раздобыла, а?
Пришлось признаться, что я его давно знаю, но не звонила. Вернее, иногда звякну от тоски, послушаю его голос – и мне легче.
Маша высморкалась.
– Любимый не сообщил тебе номер своего телефона? – удивилась я.
Медведева чем-то громко зашуршала.
– Нет. У него два телефона. Один спэшел мой. Когда он на работе или дома, то аппарат лежит в машине, в бардачке. Я ему эсэмэску шлю: «позвони». Но сегодня из-за загадки… я так хочу стать магистром… ну и воспользовалась мобилой, которая для всех! Знаешь, как иногда вечером тоскливо! Хочется ему звякнуть, поболтать, а нельзя.
