Но ответного её удара по нойну не почувствовал. Судя по всему, поимку Дины наша противница сочла более важной задачей, чем победа в схватке с правителем башкир. И, поняв, что мы ускользаем, покинула поле боя, устремившись следом.
Расстояние между нами быстро сокращалось и я всё же приготовился пустить в дело ещё одну «особую технику», рассчитывая, если не убить, то хотя бы задержать Владеющую. Но тут на поле боя возник Илдус. Вылетел полыхающим болидом из того самого марева и едва ли не молнией рванул к женщине. Окружённый настоящей огненной стеной, через которую были едва видны очертания фигуры.
Теперь я куда лучше понимал причину его тотального недоверия и ментального сдвига. Иначе и быть не могло — только не сразу с семью огненными духами, которые отчётливо просматривались рядом с его аурой. Связанные с мужчиной, но не слитые с ним. Сохранившие ощущение самих себя. И, естественно, корёжащие его разум. Даже один такой — фактор риска. Семь — почти гарантированное безумие. Чудо, что он вовсе мог связно говорить и общаться с людьми, а не просто убивал всех, кого видел.
Через доли секунды болид впечатался в Арсу, проламывая её щиты и отбрасывая в сторону. А я вынужденно затормозил — выросшая на нашем пути огненная стена не оставляла иного выбора."
"Хродан, уже растворивший свой ледяной шест, ударил техникой, послав в сторону препятствия мощную волну льда. Но та лишь слегка поколебала пламя. Стоило же мне свернуть направо, чтобы облететь преграду, как та моментально сдвинулась.
Замерев, я крутнулся на месте, разворачиваясь назад. В разуме пульсировала боль Снежка и бушевал гнев. Самая настоящая ярость. Дедушка предупреждал, что путешествие будет непростым, и большинство людей, встретившихся на пути, отнюдь не будут хорошими. Но такого я всё равно не ожидал. За три дня нас с барсом трижды пытались убить. В качестве дополнения, едва не сделав Снежка жертвой для какого-то ритуала.
На какой-то момент я поддался этому гневу. Забыл о рациональности. И собрался ударить одной из боевых техник. Решив сначала обрушиться на Илдуса, а разобравшись с ним, убить Арсу.
Раненый барс тихо и одобрительно рыкнул. А из-за ближайшего дома, что уже занялся пламенем, внезапно вылетела массивная шестилапая фигура. «Медведь» тоже был потрёпан — я сам видел, как нойон тяжёло ранил его во время боя. Но сейчас зверь был окутан настоящим облаком тёмного и плещущего во все стороны дыма. Абсолютно не производя впечатление раненного.
Оттолкнувшись лапами, взмыл в воздух и приземлился позади Илдуса, который уже вонзил огненный клинок в живот Арсы. Сходу сожрал одного из его духов. Поддел когтями доспехи, пробивая металл и не позволяя противнику разорвать дистанцию. Перекусил пополам ещё одного духа.