Идущие ближе всего к нему воин, который ранее советовал использовать артефакт для «волны», щёлкнул языком.
— Сестра нашего тархан эфенди — настоящий бриллиант. Всякий такую в жёны захочет.
Слева от меня громко фыркнула Дина. Ямил же негодующе покосился на говорившего и, устремив взгляд на девушку, уточнил.
— Второй женой, конечно же. Не главной.
Радович шумно выдохнула, яростно глянув на башкира. За спиной же зазвучал спокойный голос Хродана.
— Не жена она пока господину. Не заслужила. Слишком уж злобна.
Начавшая, было, говорить Дина, буквально поперхнулась воздухом и закашлялась. Снежок ехидно заурчал. А я повернул голову к местному правителю.
— Сначала расскажи мне, кто такой Илдус-нойон? И что тебе надо успеть сделать за три дня?
Тот сразу насупился. Какое-то время молча шагал рядом, периодически вздыхая и смотря по сторонам. В конце концов заговорил.
— Батыром он был. Воинами мурзы* нашего командовал. А как тот сгинул в диких землях, так власть захватил. Не дал новые выборы провести, голов много посёк. А теперь приказы отдавать начал.
Всё тот же воин, который, видимо, был его самым приближённым соратником, поддакнул.
— Как бешеный пёс стал. Никого не щадит, на старую кровь не смотрит, режет всех, что слово против сказать смеет.
В этот раз Ямил не ограничился одним только взглядом — раздражённо махнул рукой, заставляя соратника замолкнуть. После чего вновь посмотрел на меня.
— Приказал всем тарханам как минимум до десятой ступени подняться. Сроку неделю дал. Тем, у кого девятая была, ещё как-то можно пробиться. А у меня седьмая. Одна надежда — зверь этот. Артефакт говорит, сильный он. Может, и проскочу сразу на ступень или две. Тогда договориться получится. Отдарюсь чем-то, уговорю нойона."
"В глазах Дины, которая так и не нашла момента, чтобы вклиниться с объяснением своего статуса, загорелся огонёк интереса. Да и мне, если честно, стало немного любопытно. Слишком уж нетипичным было распоряжение для человека, желающего сохранить власть. Логика подсказывала, что такому, напротив, стоило держать всех потенциальных мятежников максимально слабыми. Чтобы никто не думал выступить с оружием в руках.
Сам Ямил, пройдя ещё несколько шагов, опять заговорил.
— Так что, эфенди? Поможешь? Слово моё, как сталь — сотню золотых отдам. И сестру в жёны бери, если приглянётся. А хочешь — вовсе здесь селись. Родичем моим будешь. Одной семьёй станем.
Его помощник хотел, было, что-то поддакнуть, но в этот раз правитель отреагировал упреждающе. Зыркнув на того так, что мужчина осёкся на первом же слове. Я же, вспомнив всё, что дедушка говорил про уклончивые ответы и дипломатию, обозначил свою позицию.
— Отдохнуть надо немного. Подумать. Потом и ясно станет, поможем мы вам или нет.