Наблюдая за выпендривающейся Валькой, я с трудом сдерживала хохот. Мухоморно-бобровое шоу живо напомнило смешной случай из моей недолгой педагогической практики.
На пятом курсе института я с месяц преподавала русский язык и литературу пятиклассникам и как-то задала им выучить наизусть известное стихотворение Фета… Или Тютчева? Надо же, забыла!
Стихотворение начиналось строчкой: «Весенний бор шумит среди лазури». Ничего смешного, правда? Но милый мальчик, которого я вызвала к доске, умудрился заучить стишок с ошибкой, всего одну лишнюю буковку приплел, зато как мастерски! Когда пацан, выставив вперед одну ножку, набрал в грудь воздуха и вдохновенно проорал: «Весенний бобр шумит среди лазури!», я едва не упала со стула. Хохотала как ненормальная! Так и виделся мне этот весенний бобр, разудалый и хмельной! Придурковато щурясь, бобр стоял по колено в воде, колотил себя мохнатыми кулачками в грудь и во все горло орал в лазурную речную даль: «Ого-го! Весна пришла, весне дорогу!»
Бобры Мухоморины тоже были счастливыми и пьяными, они кружились и подскакивали, создавая вокруг вращающейся Вальки золотистое сияние. Я прямо залюбовалась!
Вдоволь нарезвившись, Мухоморина сменила манеру, одернула шубу и вальяжно поплыла по дорожке. Когда она свернула за угол, я слезла со скамейки и вышла из беседки – как раз вовремя, чтобы заметить темную фигуру, последовавшую за Валькой.
Фигура показалась мне подозрительной. Это вполне мог быть кто-то из соседей, в поздний час отправившийся на задворки, чтобы выбросить в контейнер хлам, не поместившийся в мусоропровод. И все-таки я встревожилась: не ровен час, Мухоморину ограбить собираются! А что с нее взять, кроме мамулиных бобров?
Я ускорила шаг и тоже нацелилась за угол. Если мамуля лишится своей шубы, она с меня шкуру спустит!..
Борис Акимыч Кузнецов, отставной вояка-полковник и действующий кулинар-изобретатель, подошел к дому с фланга. Он только что поставил в гараж машину, на которой ездил в торговый дом компании «Касероль». Компания, известная как мировой производитель кухонной утвари, предложила ему протестировать новый набор металлической посуды. Коробку с набором из шести довольно увесистых предметов Борис Акимыч от гаража нес в руках, пыхтя и стараясь не оступаться на кочках.
При каждом неосторожном движении коробка погромыхивала, потому что посуда в ней была уложена неаккуратно. Борис Акимыч не стерпел и прямо в машине, еще у торгового дома, распотрошил покупку, чтобы полюбоваться своими новыми орудиями труда. Ему все понравилось: и три разновеликие кастрюли, и две сковороды, сияющие, как золотые идолы солнцепоклонников, и вместительный медный ковш на длинной ручке, напоминающий гигантскую кофейную турку.