Едва мы очутились в зале, я выпустила Алку, и она отпрыгнула от меня метра на полтора со словами:
– Фу! Как тебе не стыдно!
– Успокойся! – попросила я. – Больно мне нужны твои скудные телеса!
Я оглядела просторное помещение, заполненное бесновато пляшущими людьми, и добавила:
– Вот была бы ты такой же могучей и статной, как Нонна Мордюкова, я бы воспользовалась твоим телом как подъемным механизмом: влезла бы тебе на плечи, чтобы осмотреть толпу с высоты.
Трошкина на всякий случай еще попятилась.
– Блин, как в этой гуще народа кого-то найдешь? Дикое стадо, все скачут, музыка грохочет, свет по глазам бьет! – расстроилась я.
Свадьба, которую праздновали сегодня гости «Райского птаха», явно вступила в финальную, абсолютно неконтролируемую стадию. Невеста, узнаваемая благодаря белому платью и шляпке с вуалью, подобрав пышные юбки, самозабвенно выплясывала канкан на сцене, предназначенной для выступления профессиональных стриптизерш. Актриса раздевального жанра на сцене тоже была, она добросовестно стягивала с себя одежки и ужом вилась вокруг столба, но импровизированный стриптиз новобрачной был куда более зажигательным.
– Ойе! – завизжали в толпе, когда невестушка жестом гранатометчика швырнула в зал свою правую туфлю.
– О, м-м-ма-а-а… – осел на пол счастливец, поймавший башмачок потной макушкой.
Вдохновленная новобрачная снайперски запулила вторую туфлю в зеркальный шар под потолком и, не дожидаясь, пока осыпятся все осколки, под свист и улюлюканье зрителей принялась энергично вращать бедрами, раскручивая обручи кринолина, как хулахуп.
Подпрыгивающая Трошкина приблизилась ко мне и прокричала в ухо:
Это словечко не очень подходило к могучей красавице, но я вспомнила, как Милена капризно спросила: «Что, опять интервью?» Возможно, Милена Витальевна какая-то знаменитость или просто личность, широко известная в узких кругах. Надо поспрашивать знающих людей.
– Ах, эта свадьба, свадьба, свадьба пела и плясала! – с нескрываемым неодобрением напевала я, пробираясь к барной стойке.
Помещавшийся за ней юноша плясал в основном руками: жонглировал бутылками и наливал в бокалы и стаканы разноцветные жидкости.
– Вечер добрый! – крикнула я, взгромоздившись на высокий табурет.
Бармен тряхнул шейкером, как погремушкой, и в такт заводной музыке кивнул мне.
– Я Милену ищу! – поведала ему я. – Милену Витальевну! Знаете такую?
Парень усложнил простой кивок, добавив к нему сложную загогулину.
