Дождь барабанит по стеклам в пробке, где Кира ищет пути домой. Страх и беспомощность окутывают ее, когда видит, что избежать непредсказуемого затора не удастся. Изнуряющая espera становится атмосферой напряжения в предстоящих событиях.
Мальчик вырос!
Я захожу в спальню, где Кира, лежа в постели, что-то пишет в телефоне.
— Гляди, уже прислали, — усмехается она, протягивая айфон. Я вижу чуть смазанные кадры, явно свидетельствующие, где мы с женой провели ночь. Сам снимок сделан около стойки регистрации. Мы ждем, когда освободиться портье и выдаст нам ключи от номера. Я обнимаю Шакиру и губами чуть касаюсь ее виска, а она, прикрыв глаза, млеет в кольце моих рук.
— Четко сработано, — мотнув башкой, фыркаю я, — а мы ничего не заметили, Кирюшенька!
— Заняты были, — смеется она, и я, целуя ее в нос, плюхаюсь на кровать рядом.
Я вглядываюсь в кадр и чувствую, как в душе поднимается гнев. Невысокая худенькая женщина с выбившимися из дульки седыми волосами держится за сердце и что-то рассказывает полицейским. Мама! Вот кто у нее принял заявление, если с момента моего так называемого исчезновения прошли считанные часы? Листаю другие фотки и прихожу в ярость.
— Ты пост накатала? — спрашиваю я жену. — Дашь прочитать?
— Уже готово, — морщит нос Кира. — Я старалась написать нейтрально. Все-таки, это твоя мама…
— Никуда не годится, Шакира, — бурчу я недовольно. — Где твои зубы, милая?
— Рядом с тобой всю хватку растеряла.
Она открывает другую заметку в телефоне, и с первых же строк меня пробирает смех."
"«Есть ли психушка в городе N? Она работает исправно? Или давно закрыта на переучет смирительных рубашек и душа Шарко? И почему в случае с Воскобойниковым полиция поспешила принять заявление от выжившей из ума мамаши нашего героя, а когда пропадают старики и подростки, родных маринуют по три дня? Столь драгоценное время спускают попусту в унитаз и чаще всего человека находят мертвым.
