Дождь барабанит по стеклам в пробке, где Кира ищет пути домой. Страх и беспомощность окутывают ее, когда видит, что избежать непредсказуемого затора не удастся. Изнуряющая espera становится атмосферой напряжения в предстоящих событиях.
— Рома, — морщась от боли, обращается к брату, — отправь Марину к нам на квартиру. Пусть принесет Киркино колечко. Ты его в ванной забыла или на тумбочке около кровати? — спрашивает звезда экрана.
— Не помню, Лешенька, — воркую я. — Где-то на твоей половине оставила…
— Вы что, живете вместе? — изумляется Пирогов.
— Достаточно на сегодня, — решительно встает Леха. — Мне этот допрос надоел. Вы не можете остановиться, Игорь Петрович, и еще, наверное, захотите спросить о размерах моего члена…
— Лешенька, я… Я ничего не понимаю, — бормочет Пирогов, всплескивая руками, — я же к тебе со всем уважением, дорогой мой.
— Вам лучше уйти, и скажите спасибо, что мы не вызвали полицию, — со сталью в голосе бросает Воскобойников. — Вы нас утомили своим присутствием."
"— До свидания, — бормочет подавленный Пирогов. Поймать меня ему так и не удалось, да еще поссорился с Лешей. Не знаю, какие у них совместные дела. Но, видать, Лехин тон сильно его расстроил. — Я все равно докопаюсь, — шипит он на ходу.
Я всматриваюсь в разъяренное лицо и понимаю, что в мужчине, стоящем в дверном проеме, нет ничего человеческого. Сплошной мрак и хаос. Это уже не хомо сапиенс, а зверь.
— Мы вас поняли, — рычит Лом и сам решительно идет к выходу. — Миша, — просит кого-то из охраны. — Проводи товарища…
Он возвращается обратно в кабинет хмурый и злой. И вместо того, чтобы сесть в свое роскошное белое кресло, берет стул и усаживается напротив нас с Лехой.
— Итак, Шакира, — рычит недобро. — Твою задницу мы спасли. Теперь, моя дорогая, пришло время поговорить начистоту.
— Я не понимаю, о чем ты, — пытаюсь уйти в несознанку я.
— Кира, — нехотя замечает Леха. — Ты связалась с монстром. А сейчас и мы с Ромкой попали под раздачу. Ничего, прорвемся, — морщится он. — Но нам придется соблюдать правила игры. И если при этом мы будем честны и не станем использовать друг друга втемную, то сможем выиграть.
— Что ты предлагаешь? — шепчу я, понимая, что Воскобойников прав.
— Во-первых, пожениться, — рычит Леха. — Только так мы сможем обезопасить тебя. Считай это услугой с моей стороны, дорогая. Потом разведемся.
