Дождь барабанит по стеклам в пробке, где Кира ищет пути домой. Страх и беспомощность окутывают ее, когда видит, что избежать непредсказуемого затора не удастся. Изнуряющая espera становится атмосферой напряжения в предстоящих событиях.
Почему, восторгаясь самодостаточными и умными, мужчины умудряются взять в жены простушек без собственного мнения? Или крутят романы с моделями стандартной комплектации. Да я и сам был таким, пока в мою жизнь вновь не вернулась Кира. А теперь… Я чувствую страх. Боюсь ее потерять. Ощущаю неимоверную злость на какого-то Славика Дронова. И неожиданно понимаю, что влип. По самые уши влип и не желаю выбираться.
Наконец, Кира замечает меня и выходит. Вода тонкими струйками скользит по ее телу, бежит по каждому изгибу.
— Давно ты тут стоишь? — улыбается она, пока я одной рукой накидываю полотенце ей на плечи.
— Любуюсь, Кирюшенька, — честно признаюсь я, обнимая. Притягиваю к себе и, пробурчав что-то нечленораздельное, накрываю ее губы грубым и требовательным поцелуем. Моя девочка сдается и даже старается отвечать. Ее маленький змеиный язычок скользит вдоль моего, захватнически исследующего нежный ротик.
— Пойдем, — рычу, еле сдерживаясь, натыкаясь ладонью на мокрый купальник.
— А если кто-то войдет, Леша? — лихорадочно шепчет Кира, а сама между тем расстегивает на мне рубашку и ощупывает мою спину влажными ладошками.
— Не бойся, — усмехаюсь я, одной рукой стаскивая штаны. — Никому не позволено нам мешать, девочка, — шепчу как заклинание.
— Может, лучше в спальне? — хитро улыбается Кира.
— Хочу здесь, — рычу я, усаживаясь на шезлонг и потянув ее к себе. Шакира не упирается, но всем своим видом показывает, что заниматься любовью в бассейне — не самая подходящая идея.
А когда моя невеста, сдаваясь, вздыхает, чувствую себя победителем. И побежденным одновременно. Невероятно, но мне кажется, что мы с Кирой и не расставались. Как будто не было этих пятнадцати лет. Или она все эти годы жила в моем сердце и никуда не уходила?
«Глупости, — отмахиваюсь от собственных мыслей.
Я лениво веду ладонью по упругому животу Киры, перемещаю руку чуть выше и неожиданно вспоминаю странные слова, невесть откуда взявшееся у меня в голове «Ты лежишь, словно овощ на грядке, вся такая зрелая, загорелая…»
— Не знаешь такую песню? — напеваю я на ушко Шакире непонятные строчки. И сам себя корю за глупые разговоры.
