Дождь барабанит по стеклам в пробке, где Кира ищет пути домой. Страх и беспомощность окутывают ее, когда видит, что избежать непредсказуемого затора не удастся. Изнуряющая espera становится атмосферой напряжения в предстоящих событиях.
— Вот когда ты его успела нацепить, Шакира? Ходи лучше голой…
На обратном пути мы заезжаем на Бангкокский рынок за фруктами. Отличный подарок для наших родственников. Леха со знанием дела выбирает манго, папайю, маракуйю и личи, а продавец аккуратно складывает в пластмассовый контейнер и что-то лапочет на своем. А я довольствуюсь ролью наблюдателя. С превеликим любопытством я глазею на стройные ряды фруктов. Читаю непонятные названия и искренне не понимаю, что это такое и как его едят. Чем отличается лонгконг от лонгана? И что такое салак? А надпись «рамбутан» кажется мне названием лекарственного препарата.
— Подождите, — решительно говорю я.
— Зачем, Кирюшенька? — ласково переспрашивает Леха и подмигивает, догадавшись.
Я прижимаюсь к мужу, заглядываю ему в глаза. Понимаю, что время выяснений еще не наступило, но и сдавать свои позиции не хочется.
— Я не стану ничего выяснять, Леша. Не хочу мстить кому-то из твоей семьи. Раз мы с тобой любим друг друга, то и противостояние с близкими бессмысленно. Если кто-то хочет быть вместе, то найдет способ воссоединиться. И родственники, как бы ни старались, не смогут помешать.
— Мама никогда не читает инструкции. Сестры тоже, — хмыкает муж.
— На это и расчет, — улыбаюсь я. — Но может и понравиться. Есть же ценители этого фрукта?"
"— Кира, — смеется Леша. — Не хочу тебя сильно расстраивать, но снимать фильм я планирую у нас в городе. Соответственно, вернувшись, поселимся у меня. Мне, конечно, хочется спросить с матери за нашу разлуку.
— Тогда и выяснять ничего не нужно, — отмахиваюсь я, смаргивая слезы. — Забудем и начнем с чистого листа.
— Хотелось бы, — бурчит Леша и дает знак продавцу подождать.
