Декстер возвращается после медового месяца в Париже, где его семейная жизнь сталкивается с новыми интригами. Пока он пытается удержать спокойствие, в Майами разворачивается борьба с таинственным преступником-художником. Между ними возникает напряженное противостояние, осложненное присутствием Риты.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Декстер в деле»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Декстер возвращается после медового месяца в Париже, где его семейная жизнь сталкивается с новыми интригами. Пока он пытается удержать спокойствие, в Майами разворачивается борьба с таинственным преступником-художником. Между ними возникает напряженное противостояние, осложненное присутствием Риты.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Джеффри Линдсей Легкое чтение Детективы Триллеры подборки серии
Декстер возвращается после медового месяца в Париже, где его семейная жизнь сталкивается с новыми интригами. Пока он пытается удержать спокойствие, в Майами разворачивается борьба с таинственным преступником-художником. Между ними возникает напряженное противостояние, осложненное присутствием Риты.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Хорошо, когда все складывается, верно?
Детективу Коултеру повезло не меньше. В участке ходили слухи, что ему уже два раза отказывали в повышении; полагаю, он решил, что подстегнет свою карьеру, если в одиночку, голыми руками завалит маньяка. И ведь получилось! В управлении решили выжать из всего этого переполоха хоть что-нибудь полезное для репутации полиции, а тут и Коултер подвернулся. Его повысили посмертно — за героизм, проявленный в почти удавшемся самостоятельном спасении Риты.
Конечно, я пошел на его похороны. Мне нравится церемония, ритуал, строгий выплеск эмоций… заодно можно отрепетировать мои любимые выражения лица: торжественная серьезность, благородное горе и сострадание.
На похоронах присутствовали все сотрудники управления.
Дебора была очень бледная, голубая форменная рубашка только подчеркивала эту бледность. Коултер числился ее партнером, по крайней мере на бумаге, и прийти на похороны было для Деборы делом чести. В больнице повыпендривались, но все равно должны были скоро ее выписывать, поэтому разрешили пойти. Она не плакала (не умела так хорошо лицемерить, как я), однако с должной торжественностью смотрела на то, как гроб опускают в могилу. Я же старался воспроизвести это выражение лица.
И по-моему, вполне успешно, только вот сержанту Доуксу не понравилось. Он вытаращился на меня из соседнего ряда так, будто я самолично задушил Коултера. Какая чушь! Я вообще никого никогда не душил. Ну балуюсь иной раз с леской, совсем чуть-чуть… столь тесный контакт мне не нравится, другое дело — нож.
Жизнь вошла в привычную колею. Я вернулся на работу. Коди и Эстор стали ходить в школу. А через два дня после похорон Коултера Рита пошла к врачу.
В тот вечер, уложив детей спать, она уселась подле меня на диван, положила голову мне на плечо и взяла пульт от телевизора. Выключила телик и принялась вздыхать. Наконец, заинтригованный сверх всякой меры, я спросил:
— Нет. Ничего плохого. Во всяком случае, думаю, что ничего плохого. Если только ты не думаешь… да.
— С чего мне так думать?
— Не знаю… — Она опять вздохнула. — Ну, просто мы ведь никогда не обсуждали, а теперь…
— Что не обсуждали?! Что теперь?! — После всего того, что я пережил, выносить еще и бесконечный поток слов ни о чем? Я чувствовал все большее раздражение.
— Просто теперь… Врач сказал, что все в порядке.
Рита кивнула и добавила:
— Ну, несмотря на… сам знаешь.
Но я не знал и не считал, что у жены есть право думать, что я что-то знаю. О чем и сообщил. А потом, когда после долгих откашливаний и запинок она наконец-то мне рассказала, я тоже, совсем как она, утратил дар речи и сумел выдавить только строчку из старого анекдота, хотя и сам понимал, что это неправильно: просто не мог удержаться, и слова выскочили сами собой.
