Снежный покров застывает окраины городов и центр, где ремесленники вынуждены расчищать мокрые улицы еще до рассвета. По вечерам таверны наполняются гневными дебатами о невзгодах вьюги, и подминаясь от ненависти, люди шатаются по лужам. Трактирщики радуются за прибыль, а клоуны делают ставку на смехотворные истории и громкие выступления.
Да и пяти десяткам варсакских бойцов будет сложно объяснить, что они забыли в Вилее.
— Я потребую вернуть мою жену, — вспыхнул Рен.
Мы с Гринвальдом посмотрели на него как на умалишенного. Кто бы ее ни забрал (мне по-прежнему не верилось, что все последние королевские указания исходили от Вела), вряд ли, увидев наше грозное «войско», он ужаснется, скажет «Дейм попутал» и вернет Севриль в целости и сохранности, перевязав розовой ленточкой.
— У тебя… простите, у вас есть другие идеи насчет высадки, ваше высочество?
Гринвальду моя резкая смена статуса далась нелегко. Сначала старик никак не мог поверить, что больше месяца гонял в хвост и в гриву эльфийского принца, затем решил, что за это я его буду люто ненавидеть, и старательно меня избегал. Поговорить с ним с глазу на глаз мне удалось только на корабле, где возможностей скрыться у него стало гораздо меньше — не в море же от меня прыгать. Без лишних слов я врезал Гринвальду в живот. Вернее, попытался. Рефлексы у старика оказались что надо, и, как я и подозревал, моего опыта для сражения с ним один на один пока не хватало. Я был быстро скручен и так же быстро отпущен, когда до Гринвальда дошло, что он рискует оставить без левой руки мое королевское высочество. Вот тогда-то я и смог ему наконец объяснить, что глупо ненавидеть того, кто тебя многому научил и способен научить еще большему.
А на самом деле я просто помнил его взгляд, когда он отправлял меня на бой. И ощущение уверенности, которое давала крепкая ладонь на моем плече…
Оборотень поверил и шарахаться от меня перестал. Но правила этикета давались ему с трудом. Я бы предпочел, чтобы от них отказались и остальные, но мое мнение на этот счет, увы, никого не интересовало.
Я одарил Гринвальда очередным полным укора взглядом, который тот с достоинством проигнорировал, и ткнул пальцем в точку на карте в нескольких десятках верст от Нирита.
— Мы высадимся здесь. Когда-то на этом острове располагалось логово пиратов. Там есть замечательно укромный грот, где они умудрялись прятать корабли несколько десятков лет. Потом пиратов все-таки обнаружили и уничтожили, а новые там не завелись по понятным причинам. Побережье в этом районе пустынно, так что шансов наткнуться на вилейские патрульные корабли практически нет, как правило, они не удаляются от портов дальше чем на пять верст. До берега полторы версты, и море там спокойное, доберемся на лодках.
— Ночь, морская гладь, лодка, фонарики, романтика… — мечтательно протянул Гил.
