Но за домом установили слежку, поэтому Лев Николаевич облюбовал подвал неподалеку от рынка, где можно было подкормиться и никто не обращал внимания на тощего уличного кота.
Первая диверсия закончилась неудачей. Лев Николаевич успел только поджечь крышу, когда его атаковали полицейские. Он чуть не убил обоих, но вовремя вспомнил, что дивы – существа подневольные и напасть их заставил приказ колдуна. И как бы ни злился Лев Николаевич на полицию, необходимо помнить, что настоящие враги – колдуны и приставы. Их-то и нужно призвать к ответу за все страдания несчастных и угнетаемых!
«Отныне ты – Николай Дивногорский». Эта мысль постоянно крутилась в голове. И в конце концов Лев Николаевич понял, в чем истинный смысл последних слов колдуна. Его хозяин, вернее, боевой товарищ, никогда не любил метафор, и сказанное им следовало понимать буквально. Дело колдуна Дивногорского теперь в лапах его дива!
Почти сутки Лев Николаевич провел, лежа в подвале. Предусмотрительно наевшись украденной с прилавка баранины, он кадр за кадром штудировал память колдуна. И, наконец, в его мозгу созрел новый план.
И во второй раз дело пошло куда лучше. Никем не замеченный, кот проник в подвальное окошко, благо решетка на нем была железной и защищала только от обычных воров. В этом участке Дивногорский бывал не раз, и допрашивал его местный колдун. Поэтому нужный кабинет Лев Николаевич нашел без особого труда.
К сожалению, отпущенные на волю дивы оказались слишком напуганы, чтобы слушать революционные речи. Но ничего, в следующий раз Лев Николаевич поступит умнее и поговорит с пленниками, пока те еще будут в клетке и не смогут удрать.
Третьим объектом для нападения Лев Николаевич выбрал Петербургский участок. Очень давно Николая Дивногорского продержали в нем целых три дня за участие в манифестации. С этого времени в расположении комнат, коридоров, окон и дымоходов вряд ли произошли какие-то существенные изменения. Знакомство с местностью поможет быстро сбежать. Но сначала надо проникнуть в здание и сделать это, когда бедные порабощенные дивы окажутся в своих клетках. Можно было бы напасть ночью, но тогда не получится прикончить колдуна. Да и ночью полиция особенно рьяно ловила Льва Николаевича, поэтому патрули были усилены.
Но его не поймают, вот еще. План, который он придумал для третьего нападения, был идеален и основывался на маленькой истинной форме и никому не известной способности менять размер."
"Пробираться к участку в форме кота Лев Николаевич счел слишком рискованной затеей. Незаметно шныряя по городу, он неоднократно наблюдал, как патрульные дивы пикировали сверху на неосторожных собак, котов и зазевавшихся ворон. В результате все живое на центральных улицах попряталось по норам и укромным углам.