Автор
Новый помощник у Тайной канцелярии принес Афанасию немало хлопот — а именно этот молодой человек заполучил для них нового пленника в июне 1741 года. Взгляды на ситуацию складываются уже в первый же день, и жизнь Афанасия полна неожиданных разрывов между доверием и сомнениями....
И если задержишься хоть на секунду, я сожру тебя вместе с твоим слабоумным хозяином. Потому что угрожал ты, ничтожная тварь, наследнику рода Браганса!
Последние слова он прорычал прямо в лицо бештафере. И тот исчез, как ветром сдуло. Только амулет – ладанка с гербом Тавора, осталась лежать на земле. Педру поднял ее, а потом принялся заново собирать дрова.
С тех пор как Мануэль ушел, Афонсу сильно нервничал. И даже пожалел, что не пошел вместе с ним. Время тянулось медленно. Паула, сказав, что очень устала, ушла спать.
Наконец Мануэль появился в свете догорающих поленьев. На лице его сияла широкая довольная улыбка, а в руках он держал большую охапку дров, которые принялся укладывать в костер.
– Ну что? – не выдержал Хосе и, отобрав у Мануэля дрова, сам занялся огнем.
– Эти ничтожества посмели угрожать… моим друзьям, – не теряя благодушного вида, проговорил Мануэль, – поэтому… – он вынул из кармана куртки ладанку на цепочке и поболтал ею в воздухе, – пришлось их примерно наказать.
– Что? – Афонсу похолодел. – Только не говори мне, что ты… Они живы?
– Конечно. – Мануэль посмотрел укоризненно и протянул ладанку. В свете костра блеснула цветная эмаль – герб Тавора. – Мне пришлось отобрать у них амулет блокировки, а фамильяр уже летит домой с докладом главе рода. И кое-кого дома ждет очень теплая встреча. Сеньор Мигел Тавора еще во времена студенчества имел весьма суровый нрав.
– А не маловато ли им? – усмехнулась Ана.
– Лагерь поджечь.
– Пфф… – фыркнул Хосе, – понту как у аристократов, а ведут себя как гопники. Надо было все же доложить организаторам.
Афонсу нахмурился и, взяв ладанку, повертел ее в руке.
– Мануэль прав, мы не будем прилюдно позорить Тавора. Сеньор Мигел и так натерпится стыда, когда придет к ректору с просьбой вернуть семейную реликвию. Пусть сам разбирается со своим наследничком.
– Ну, тогда давайте еще поставим чаю, что ли, – предложил Хосе.
– Печенье – это прекрасно, – обрадовался Мануэль и протянул руки к костру."
"Вода еще не успела закипеть, как возле лагеря послышались голоса. Сначала по ветрозащитному экрану скользнул луч фонарика, а потом появилась здоровенная рыжая лохматая собака. Она принялась принюхиваться и осматриваться по сторонам. Афонсу почувствовал, как неприятно загудел и завибрировал позвоночник. Бештафера.
