Автор
Делирий — это напряженное приключение в изумрудном космосе. На фоне стремительного роста китайской космонавтики, читатели погружаются в эпоху первого лунного полета и первой орбитальной миссии на Луну. Атмосфера книжки живо передает нерешительность первопроходцев и их невероятное терпение, приправленное захватывающими открытиями и драматическими моментами....
Роман переоделся в более-менее приличный костюм из имевшихся, похвалив себя, что захватил его с собой: белые брюки, белая рубашка с чёрной окантовкой рукавов и воротника, белые туфли с пряжками, – обнаружил на полке трюмо чёрные очки, надел. Выглядел он теперь почти как иностранец, а отросшие на полсантиметра светлые волосы вообще придавали облику модную законченность. Охрана отеля должна была принять его за постояльца.
Во дворе он ждал минуты две, не больше.
С визгом тормозов из арки выскочила жёлтая «Ауди-ТТ», распахнулась дверца.
– Садитесь!
Роман нырнул на сиденье.
Водитель – небритый, в чёрной майке, с виду – чистой воды бандит, погнал машину по улицам города с такой скоростью, что Роман невольно вжался в сиденье, вспомнив поездку с Ылтыыном. Эскимос тоже любил бешеные маневры и рисковое вождение.
От Цветного бульвара до Большой Якиманки, где располагался Президент-отель, доехали всего за восемнадцать минут. Роман даже не понял, как они ехали, потому что водитель гнал «Ауди» по каким-то переулкам и дворам.
За это время он успел сосредоточиться на «штурмовом» применении биоэнергетики и дважды попытался достучаться до сознания Ылтыына. Однако тот не отвечал, что говорило о полной потере мышления.
Рисковать выходом в ментал – в месте, где состоялась встреча, Роман не стал. Феллер мог засечь его, и сюрпризное появление «мертвеца», то есть Романа, не произвело бы на американца должного впечатления.
«Ауди» остановилась перед шлагбаумом на территорию отеля.
Роман бросил взгляд на водителя, так и не произнёсшего ни слова, вышел.
Прозвенел телефон.
– Иди как ни в чём не бывало, пропустят, – раздался в трубке голос Малахова. – Поднимайся на одиннадцатый этаж, номер сто одиннадцать. Всё перекрыто, иди смело. У Феллера четверо телохранов, двое сейчас топчутся в коридоре, двое в соседнем номере. Они под контролем.
– Понял, – сказал Роман, чувствуя возбуждение, но не забывая закрываться от возможного ментального просвечивания.
Строгие парни на входе в синих с чёрным ливреях пропустили его без вопросов.
Роман без излишней спешки прошёлся по холлу, попытался определить, где здесь гости, а где оперативники группы захвата, не смог и направился к лифтам. С ним вместе в кабину вошла, копаясь в сумочке, симпатичная блондинка в блузе, брючках и с шарфиком на шее.
– Вам какой? – спросил он.
– Твелв, – ответила она.
Роман нажал кнопки с цифрами 11 и 12.
Дверь лифта мягко закрылась.
