Автор
Делирий — это напряженное приключение в изумрудном космосе. На фоне стремительного роста китайской космонавтики, читатели погружаются в эпоху первого лунного полета и первой орбитальной миссии на Луну. Атмосфера книжки живо передает нерешительность первопроходцев и их невероятное терпение, приправленное захватывающими открытиями и драматическими моментами....
Она действительно была готова лететь с ним хоть на край света.
– Ладно, ещё обсудим этот вопрос. Меня пока не отпустили начальники. Ложись, часок-два можно поспать.
Юна послушно устроилась под одеялом, потом сбросила его и в чём была – в лёгкой спортивной маечке – прыгнула к нему на колени.
– Не оставляй меня одну! Я с ума сойду!
Потом он посидел на кухне с чашкой горячего чая в руке, размышляя о просьбе Афанасия. Подумал: не просканировать ли Байкал дистанционно, не откладывая дело в долгий ящик? Однако не хотелось торопиться, прежде надо было подготовиться к «интраскопированию», изучить место действия, установить расположение системы, заинтересованной находкой пирамиды на дне озера, а уж потом выходить в ментал.
Проспали до половины десятого, не проснувшись даже после того, как встали старшие Солнышкины.
– Чур, я стряпаю завтрак! – вскочила Юна.
– Лёгкий, – согласился он.
– Что значит в твоём понимании – лёгкий?
– Чай, кусочек сыра.
– И солнечная ванна, – фыркнула девушка. – Ты, случайно, солнечным светом не питаешься?
– Ещё не научился.
– Тогда я сделаю омлет с грибами. – Она убежала в ванную, а оттуда на кухню.
Он остался нежиться под простыней, улыбаясь и глядя на кусочек синего неба в окне. Было приятно ощущать себя человеком, за которым ухаживают, не требуя ничего взамен.
Пришла мысль позвонить Малахову. По-любому надо было советоваться с ним насчёт выхода в ментал. В силу обстоятельств Роман мог, конечно, отнестись к просьбе Афони отрицательно, и тогда можно было бы расслабиться, оставаясь в Выборге, но против этого протестовала совесть.
Что-то коснулось головы. Роман даже дотронулся до виска, подумав с удивлением: комар залетел, что ли? Но это был не комар. Новое прикосновение, на этот раз и з н у т р и черепа заставило его сесть.
«Олег Харитонович?» – неуверенно произнёс Волков, подключаясь к возникшему телепатическому каналу.
«Доброе утро, Роман Евлампиевич, – раздался в сознании ясный мыслеголос координатора. – Не разбудил?»"
"«Н-нет, я уже делаю зарядку. Подумывал звонить вам».
«Я почувствовал. Возникла надобность в походе на Байкал».
Роман невольно улыбнулся.
