Автор
Делирий — это напряженное приключение в изумрудном космосе. На фоне стремительного роста китайской космонавтики, читатели погружаются в эпоху первого лунного полета и первой орбитальной миссии на Луну. Атмосфера книжки живо передает нерешительность первопроходцев и их невероятное терпение, приправленное захватывающими открытиями и драматическими моментами....
А поскольку о Северном Ледовитом океане и о нефтяных платформах Афанасий имел самые общие представления, ему предстояло лично заняться сбором данных, изучить все детали операции и организовать работу бригады сенсов на самой платформе.
Афанасий прикинул, хватит ли ему времени на поиск нужных баз данных, и сожалеюще цокнул языком. У него было всего три с половиной дня на все процедуры, включая перелёт, что означало: надо браться за дело немедленно и напрягать память, чтобы запомнить всё для выполнения задания.
Вторая встреча – с координатором «Триэн» произошла вечером в квартире Афанасия."
"После того как Вьюгин обнаружил у себя дома целую систему «жучков», встроенных в детали интерьера, он каждый день проверял квартиру с помощью микроволнового сканера ДВГ, разработанного в недрах российских военных лабораторий и получившего у специалистов меткое прозвище «дамвглаз». Сканер был способен определить любое передающее или записывающее сигнал устройство, в том числе созданное на базе нанотехнологий.
Однако с момента ухода Лики, а точнее, с момента задержания её подруги Симы, в квартире Афанасия никто не появлялся, кроме Олега Харитоновича, а он каким-то образом сканировал квартиру (не иначе – «третьим глазом») и вести разговоры не боялся даже на самые секретные темы.
Когда Афанасий заикнулся о разговоре с Романом Волковым, Малахов остановил полковника:
– Я знаю, наши люди уже анализируют ситуацию. Ты лучше скажи: на концерты ходишь?
Афанасий, перестав помешивать ложечкой зелёный чай, недоумённо посмотрел на гостя.
– На какие?
– Где поют, – усмехнулся Олег Харитонович, также берясь за чашку.
– А-а… нет, некогда. Раньше ходил, Лика таскала по театрам, теперь изредка телик включаю.
– Кого-нибудь из певцов знаешь?
– Лично?
– Необязательно.
– Молодых или зрелых?
– Да любых.
– Я человек старой закалки, мне нравятся песни Лозы, Лепса, Носкова, не говоря уж об Антонове, дай бог ему здоровья, как говорится.
– Тебе не кажется, что кто-то намеренно принижает возможности одарённых певцов?
– Что имеется в виду? – пробормотал Афанасий озадаченно.
– Могу назвать с десяток талантливых исполнителей, творчество которых искажено либо опущено до состояния низкопробной попсы. Ты наверняка слышал песни Серова, Леонтьева, Меладзе, Преснякова.
– Конечно, это же практически классика. У них не всё ровно, но поют они…
– Вот! – поднял вверх палец Малахов.
