В предвкушении шагов — каждое слово приближает нас к невероятному взрыву чувств. В эти моменты я не могу больше ждать и держу её за талию, стремясь ближе. Теплый шепот в ухе, призрачное мгновение дыхания, когда каждый шаг становится предвестником сильного желания. Я касаюсь её идеально округлой груди, готовящейся к поцелуям....
Теперь я лучше контролировал собственные реакции.
— Давай вернемся на чем закончили. Подними колени, и нет, не вставай с члена.
Она сидела на мне сверху, я раздвинул ей ноги и толкнулся внутрь, упиваясь протяжным стоном, вырвавшимся из ее горла. Еще два глубоких выпада и Яна сама стала двигаться, меняя ритм и угол входа. Я с каждым толчком ударялся набухшей головкой в стенку влагалища. Голова кружилась от простреливаемого удовольствия, пульс стучал в ушах и заглушал вскрики подпрыгивающей Яны.
А она, как нарочно, пыталась насадиться сильнее, ударить резче и на очередном подлете, я стиснул её талию, поддал бедрами и зарычал, выплескивая в нее семя.
Мы долго лежали, не разжимая объятий. Я гладил ее по спине, целовал в макушку и тащился от внутреннего спокойствия и блаженства.
— Останешься?
— А ты хочешь, чтобы я осталась?
— Очень…
— Да.
Интересно, завтра она сможет повторить это в три часа дня?
* * *Как слать нахер годами отлаженную жизнь? Легко. И даже не с понедельника, а с четверга.
Утром я вжимал сонную Янку в матрас и кончал от ее пойманных криков в рот. Потом отнес в душ и не сдерживался, круша к чертям полки с душевой дребеденью.
Яна, мокрая и затраханная, залезла обратно в постель в моем слишком большом махровом халате, отказываясь спускаться на завтрак вниз.
На кухне сидел Женька и испепелял меня взглядом.
— Почему не на работе, президент? — весело спросил я, не успевая переключиться и загасить переполняющее меня счастье.
— Ебешься напоследок, ублюдок?
Застыл, кулаки сжались сами собой. Но нарываться сейчас, когда до черты между настоящей жизнью и будущей несколько часов, глупо.
— И что ты сделаешь?
Брат усмехнулся.
— Не могу позволить тебе и дальше дурить её, уж извини.
И в этот момент в кухню влетела Яна, взволновано закусив губу и разглядывая нас, разделенных стойкой и готовых вцепиться друг в друга.
— Женя?
Я перевел дыхание.
— Зачем спустилась, я же сказал, что все принесу.
— Наверное, за эти несколько минут все изменилось, да, Яна? Пока мы с тобой болтали, я отправил ей сообщение.
