Именно они либо спасут, либо уничтожат этот мир.
– Я уже говорил вам, лейтенант Грибовский, не называть меня шефом.
Пирсингованный глянул на Алекса, но тот показательно смотрел в пустоту.
– Майор, сэр, – продолжил лейтенант, – вам не кажется странным, что из тысячи камер уцелела запись лишь одной? И при этом на ней весьма четко видно не только сам объект, но и то, каким именно образом он покидает место событий, да еще и тащит этот шар прямо на руках. Не самая легкая ноша, прошу отметить. С такой этот дорогуша точно не на спринтерскую дистанцию намеревался двигать, а припустил, тем не менее, дай боже.
Несмотря на странный говор, Дум не мог не отметить правоту Грибовского. Кем бы ни был Маска, он…
– Оставил нам приманку, – вслух за Алекса закончил сам майор. Он, повернувшись к окну, смотрел на город сквозь сложенные домиком пальцы. Будто хищный коршун, высматривающий где-то среди джунглей из камня, хрома и стекла свою жертву.
– Остался один вопрос, – мелодично, в манере треклятых фейри, протянула О’Хара. – Что нам делать с этой приманкой? Уже третий месяц мы гоняемся за Маской по всему городу, но он впервые действительно себя как-то проявил. Кража исторического достояния всех цивилизаций – это большой шаг.
– Отличный вопрос, О’Хара. – Все присутствующие повернулись к дверям.
Там, опираясь на слишком широкую и слишком длинную трость, в накинутом на плечи пиджаке, в рубашке салатового цвета стоял человек, с которым Дум не хотел бы пересекаться на узкой тропинке.
Он выглядел настолько жестко, что аж зубы сводило. Как брошенный в заполненную галькой бетономешалку жилет из дубленой кожи. После чего он прошел две мировых войны, одну магическую, жил в одних только хостелах, питался исключительно лапшой быстрого приготовления, а жопу подтирал газетами.
Среднего роста, средней комплекции, но со взглядом, которым можно было забивать гвозди, и лицом, об которое кирпичи разбивались, даже не долетая. Острый орлиный нос, волевой подбородок, узкие, но ярко очерченные скулы и высокий лоб.
Ладони этого человека были скрыты перчатками. Точно так же, как и горло под высоким воротником рубашки.
Но учитывая, как на шее где-то со стороны ключицы змеился жуткий шрам, метафора про бетономешалку переставала быть красноречивым сравнением.
– Майор Самерфалл, – не поворачиваясь, все так же глядя за окно, неизменно спокойным тоном произнес Чон Сук. Но только существо с атрофированным инстинктом самосохранения не захотело бы в этот момент скрыться и забиться в самую темную и далекую нору. – Не помню, чтобы приглашал вас на внутреннее совещание моего отдела.
– Старина Чон, я просто по дружбе зашел проведать наших великих демоноборцев.