Автор
Легкий, почти невесомой стопой, старший следователь Орест Волин по шатким улицам Удон спускался от базилики Сакре-Кёр к знаменитому Пляс Пигаль. Его глаза светились мрачной решимостью, как если бы каждый камень на дороге скрывал секреты и свидетельства чего-то ужасного....
Не кажется ли ей странным такое совпадение?
Ирэн отвечала, что ничего тут странного нет: аукцион тематический. Один обладатель юсуповских вещей исчез, другой появился.
— Очень правильное слово — появился, — кивнул Волин. — А, может быть, он появился именно потому, что исчез прежний владелец?
Ирэн задумалась. Не хочет ли он сказать, что эти вещи были взяты у Завадского, а на аукцион их выставил грабитель?
Старший следователь отвечал, что, может, и не сам грабитель, но не исключено, что вся история так или иначе связана с ограблением.
— А ты уверен, что проданные лоты действительно принадлежали Юсупову? — спросила Ирэн.
— Суди сама. Было продано несколько портретов его жены Ирины Александровны и портрет самого Юсупова.
Ирэн покачала головой: это ничего не доказывает. Портрет жены Юсупова да и самого князя изначально мог принадлежать совсем другим людям. Мог, согласился Волин. Но среди прочего был продан один предмет, который уж точно принадлежал князю.
— Что за предмет?
— Собачий жетон его бульдога Панча.
— Ты уверен, что…
— Я абсолютно уверен, — перебил он ее. — И ты сейчас тоже будешь уверена. Не забыла еще, как читать по-русски?
И Волин развернул к ней ноутбук с открытым текстом. Это, сказал, мемуары столетней давности, написанные тем самым русским детективом, который хорошо знал князя Юсупова.
— Прочти, не пожалеешь.
И старший следователь, чрезвычайно собой довольный, скрестил руки на груди. Ирэн только головой покачала, но все же села к столу и щелкнула мышкой.
Глава первая. Нимфа и рыцарь
— Светлана Александровна, да что же вы делаете, голубушка?! Откуда эта мировая скорбь в глазах, вы же не васнецовская Аленушка с утонувшим козлом. Вам не к лицу трагедия, вы — нимфа, вы — богиня! Глядите игриво, загадочно. Дайте ауру, больше тайны, вы не председателя сельсовета хороните, в самом-то деле!
Старый учитель рисования сердито тыкал в Лиси́цкую пальцем, пытаясь добиться от нее правильного, то есть божественного выражения лица.
Господи, думала она, богиня, нимфа… Ну какая она там нимфа, это просто смешно, ей же ей! Нимфы — девушки полные, дебелые, пышущие здоровьем: неловкое движение, случайный разворот — и вот уже с ног сбит любопытный сатир, подкравшийся слишком близко. А у нее — откуда чему взяться? Тонкая, полупрозрачная почти, с длинными ногами, неярким изгибом бедра, маленькой грудью, изящными и оттого особенно беспомощными балетными ручками.
