Автор
Легкий, почти невесомой стопой, старший следователь Орест Волин по шатким улицам Удон спускался от базилики Сакре-Кёр к знаменитому Пляс Пигаль. Его глаза светились мрачной решимостью, как если бы каждый камень на дороге скрывал секреты и свидетельства чего-то ужасного....
Загорский, однако, отвечал, что это совершенно не нужно, профессора обычно слепы, как кроты, и ничем, кроме своего предмета, не интересуются. Другое дело — студенты.
— Пожалуйста, — с готовностью отвечал Эссен. — Через двадцать минут у них закончатся занятия, так что можно будет собрать всех вместе и поговорить.
Но Нестор Васильевич неожиданно воспротивился этому плану."
"— Не нужно никакой помпы, — заявил он. — Пусть занимаются спокойно, я просто незаметно зайду и погляжу, что там да как.
— И этого будет достаточно? — изумился ректор.
— Может быть, — коротко отвечал Нестор Васильевич.
Эссен сам отвел его сначала к скульпторам, потом к художникам. Скульпторы не вызвали у Загорского никакого интереса, а вот к художникам он присмотрелся более внимательно. Спустя пару минут кивнул Ганцзалину на взъерошенного светловолосого парня: «вот наш клиент!», после чего оба решительно вышли из аудитории.
— Почему он? — спросил Ганцзалин.
— Все в институте уже знают, что Лисицкая умерла, — отвечал хозяин.
Светловолосый оказался студентом второго курса Сергеем Леграном. На перемене Загорский отвел его в сторону и представился дядей покойной Лисицкой.
— О чем? — безнадежно спросил студент.
— Видите ли, — медленно проговорил Загорский, — моя племянница писала мне о вас.
— Обо мне? — голубые глаза студента распахнулись так широко, что небесная синева, казалось, того и гляди выльется из них.
Нестор Васильевич кивнул: именно о нем. Светлана Александровна выделяла его среди всех студентов как наиболее талантливого и чувствительного.
— Чувствительного, — горько хмыкнул Сергей. — Сейчас чувствительность не в чести…
И тут же испуганно осекся.
— А, — заметил Загорский, — я вижу, в институтах нынче занимаются не только дети победившего класса. Вы из бывших?
— Да из каких там бывших, — студент перешел на шепот, — смешно сказать. Не князь, не граф, не купец даже — просто попович.
— Любопытно, — сказал Нестор Васильевич.
