– Прости, для меня это было… нечто необыкновенное, в жизни ничего подобного не испытывал! В жизни не было у меня такой женщины… настоящей, с большой буквы. – Он поцеловал ее уже в губы, потом добавил: – А вообще большую часть года я пропадаю в экспедициях, на съемках. Там и поесть не всегда успеваешь!
– Надо же, как изголодавшейся Заре повезло на изголодавшегося киношника! – ласково погладила его по щеке Зара.
– А вот в это поверить трудно! У такой красотки – и чтоб не было мужиков?! «Не верю!» – вскричал бы Станиславский. – И Капустин задрапировал простыню под римскую тогу, встал и, торжественно вскинув руку с вилкой, по-актерски продекламировал: – Я выступаю против натурализма и «имитации правды», требую от актеров, в том числе и от тебя, Зара, – Капустин отвесил театральный поклон в ее сторону, – итак, я требую от тебя, Зара, внутреннего преображения, жажду хотя бы на миг увидеть твою жизнь, милая девушка, твоими же глазами. Вот и все! – добавил он, воздев вверх обе руки. Простыня слетела на пол, и он остался перед ней голый и прекрасный, как статуя Аполлона.
– Я, к сожалению, уже не принадлежу к категории девушек! Переросла. Превратилась в матрону, а потому и мужской интерес весьма ограничен. Вернее, специфичен. В своем кругу я в основном встречаюсь с женатыми солидными мужчинами, а тех зачастую хватает на один, максимум, два вечера! – объяснила Зара.
Затем поднялась из-за стола, подобрала его простыню с пола, накинула на себя, оставив его голым. Капустин как ни в чем не бывало уселся за стол, выудил из кастрюли еще пару пельменей и, жуя, продолжил прощупывать почву:
– Тогда не пойму. Как же это я вдруг удостоился такой чести?
– Просто понравился! Никакой тайны! – Она вдруг рассмеялась, запрокинув голову.
– Никогда не понимал, когда женщины шутят, а когда говорят всерьез! Сие есть тайна за семью печатями…
– И не надо нас понимать!
– Но ведь и дураком оставаться тоже как-то не хочется!..
Она не ответила, прижалась к нему. Капустин нежно обнял ее за смуглые покатые плечи.
– Ты не дурак! Ты умный! Дураков я за версту чую, – прошептала она и одним быстрым движением сбросила с себя обе простыни.
– Спасибо на добром…
Но Зара не дала ему договорить, так и впилась в его губы страстным поцелуем.
В приемную Беркутова вихрем ворвалась Лида. Там сидела одна Люся. Лида приоткрыла дверь в кабинет Беркутова, но там никого не оказалось. Проверила заодно и кабинет Зои: тоже никого!
– А где же наши начальники? – удивилась она.
– Как-то разом разъехались! Хорошо, что вы пришли, а то ни одного босса! Кстати, только что звонили от первого заместителя министра внутренних дел Чурбанова. Ему срочно закуска потребовалась, сейчас его адъютант прискачет! – приподняла от пишущей машинки кудрявую голову Люся.