– Все, спасибо, Максимыч, поезжай домой! Я, пожалуй, зайду-ка в консерваторию, давно не был.
Он вылез из своей машины, махнул рукой Максимычу, тот отъехал, и вдруг Беркутов увидел, как в трех метрах от его «Волги» тормозит другая «Волга». Его точно кипятком окатило: за ним следят. Он засуетился, двинулся к входу, обернулся, увидел, как из той «Волги» вылез парень в сереньком плаще и пошел за ним. Беркутов вошел в консерваторию, подошел к окошку администратора, с трудом изобразил на лице вежливую улыбку, потом, вспомнив, достал удостоверение, протянул его пожилой даме с густой фиолетовой помадой на губах и с кольцами на всех пальцах. Администраторша, не узнав его, взглянула на Беркутова весьма прохладно.
– Вообще-то свободных мест на этот концерт у нас нет! – беря его удостоверение, проговорила она.
Но, увидев в удостоверении фамилию «Беркутов», администраторша мгновенно преобразилась.
– Георгий Константиныч, это вы?! – вдруг восторженно воскликнула она и даже поднялась. – Боже мой, как мы рады! Что же вы нам не позвонили?!
– Так получилось, извините! Хорошая мысля приходит опосля. Но, если сложно с местами, я тогда как-нибудь в следующий раз? – робко проговорил он.
– Ну что вы такое говорите, Георгий Константиныч? Если для вас нет, то для кого же тогда есть?! Конечно же, есть! Вам какой ряд? Поближе, подальше, сбоку, ложу?!
– Мне подальше. И где-нибудь сбоку, недалеко от выхода. Я хочу послушать музыку…
– Да-да, я понимаю! Сейчас сделаем!
Она тут же выписала ему контрамарку.
– Вас проводить в зал, Георгий Константинович? – поднимаясь, спросила она.
– Нет-нет, это лишнее, спасибо! Я сам, – он ласково улыбнулся. – Еще раз спасибо!
– Заходите в любой день, в любой час! Мы всегда рады вас видеть, Георгий Константинович!
Беркутов взял контрамарку, забрал удостоверение, обернулся с радостной улыбкой, увидел своего филера в сереньком плаще: тот стоял прямо за ним, и улыбка тотчас слетела с лица Беркутова. Он почему-то кивнул филеру, а тот сухо кивнул директору в ответ. Георгий Константинович вошел в вестибюль, снял плащ, сдал его в гардероб. К счастью, филера задержали у окошка администратора, и Беркутов поспешил наверх, надеясь затеряться среди прибывающей публики. Он даже решил дождаться филера и, едва тот зайдет в зал, разыскивая свой «объект», быстро покинуть консерваторию. Но, увидев в программке виолончельный концерт Шостаковича да еще фамилию Ростроповича, решил остаться. Не зря, значит, его потянуло.
