Автор
Делла Стрит прерывает работу, чтобы встретить миссис Харлан с ее "семейными проблемами". Перри Мейсон мрачно указывает на коридор, намекая на сложность ситуации. Дело неразумного советника — и это только начало озадачивающей истории.
– Трансфер уже завершен?
– А о каких акциях вы говорите, мистер Мейсон?
– Я имею в виду любые акции, которые были проданы или куплены сегодня, – вздохнул Мейсон. – Ну нельзя же быть таким буквоедом! Если вы хотите, чтобы у нас было нормальное сотрудничество, не пытайтесь скрывать от меня информацию.
– Я должен сотрудничать и с другими, – ответил Докси. – У меня сложное положение. Я нахожусь меж двух огней.
– И кто же по вас палит с другой стороны?
– Думаю, вы сами можете догадаться, мистер Мейсон.
– Ну хорошо, – устало сказал Мейсон, – давайте вернемся к сути дела.
– Одну, – ответил Докси.
– Кто участвовал в сделке?
– Папаша Латтс купил некоторое количество акций.
– У кого?
– У Реджерсона Неффса.
– Сколько акций было продано?
– В сертификате о трансфере, данные о котором я заносил в регистрационную книгу, говорится о трех тысячах акций.
– Сколько Латтс заплатил за них?
– Была приватная договоренность между покупателем и продавцом, и это не было отражено в сертификате.
"– Между нами: Неффс ведь просто-напросто напыщенное ничтожество, не так ли? – доверительно спросил Мейсон.
Докси рассмеялся.
– Простите, – сказал он, – но корпорация платит мне не за то, чтобы я обсуждал личности членов совета с акционерами.
Мейсон искоса взглянул на Докси. Какое-то время они молчали, затем Докси поерзал на сиденье и сказал:
– Загорал сегодня – спина болит… Вы могли бы оказать мне большую любезность, мистер Мейсон.
– Каким образом?
– Рассказав, сколько вы заплатили за пай папаши Латтса.
– Зачем вам?
– Я смог бы тогда кое-что прикинуть… и предпринять.
– А не боитесь обжечь пальцы?
– Я рискну. Я знаю, что папаша Латтс… э-э… как бы это помягче сказать… ну…
– Вот именно, – подхватил Мейсон. – Жмот, каких мало. Он решил, что произошло нечто, благодаря чему акции теперь стоят гораздо больше, чем думают директора. И решил прикупить их побольше. Вот почему он и позабыл о сегодняшнем обеде.
– Ну, тесть, по крайней мере, мог позвонить Джорджиане, – раздраженно проговорил Докси.
– Джорджиана – это ваша жена?
– Да. Дочь папаши Латтса. Его зовут Джордж. Он хотел сына, но когда на свет появилась дочь, они назвали ее Джорджианой. Сгладили разочарование.
– Понятно…
– Но вы все еще не ответили на мой вопрос, – сказал Докси.
– Я сформулирую ответ так: я заплатил за пай папаши Латтса чертовски много.
– Ну да! – проговорил Докси с сарказмом.
