Автор
Завтрак в Дворце Правосудия Эль-Сентро выглядел напряженным и важным: взгляды собравшихся сводились к единой точке — настенных часов, отмеривших последний час до начала заседания. Встречающих здесь было больше, чем обычно, и это создавало атмосферу невероятной напряженности вокруг стола судьи....
— Больше вы мистера Деннена или обвиняемого не видели?
— Признаться честно, господин прокурор, я подождал Барри минут двадцать, взял бутылку домой, по пути заглянул к старине Пирсу, ну это хозяин кабачка «У Эридана», и больше в тот день никого не видел."
"— У меня все, — с облегчение объявил Болдуин Маршалл и с победным видом посмотрел на Мейсона: — Приступайте к перекрестному допросу, господин адвокат.
— У меня нет вопросов к этому свидетелю, — неожиданно для всех произнес тот.
— Как нет вопросов? — не сдержался Маршалл.
— Вы не будете проводить перекрестного допроса? — удивился и судья Чивородис.
— Нет, — спокойно ответил Мейсон. — Хотя… Если вы так настаиваете, могу и провести.
— Прошу вас, — предложил судья Чивородис.
Мейсон вышел из-за стола и подошел к свидетелю, мягко ему улыбаясь.
— Насколько я понял, — произнес адвокат, — вы заявили, что были знакомы с погибшим много лет?
— Да, — осклабился в улыбке толстяк, — признаться честно, много лет.
— Как много?
— Признаться, сейчас и не вспомню.
— Десять лет?
— Может, и больше.
— Скажите, а не вы ли тот человек, которого двенадцать лет назад осудили в Лос-Анджелесе под именем Стефана П. Райвена за ловкий обман полудюжины лос-анджелеских банкиров и ювелиров, и попавшегося на мелкой краже. Ваши фотографии, помнится, были во всех газетах, а в совокупности вам присудили десять лет тюрьмы. Я не ошибся?
С Пола Райвена сползла добродушная улыбка, а брови сошлись над переносицей. Лицо свидетеля приобрело жестокое, хищное выражение.
— Я возражаю! — закричал Болдуин Маршалл. — Я возражаю против этого вопроса, поскольку он задан лишь для дискредитации свидетеля. К тому же вопрос несущественнен, не допустим в качестве доказательства и не относится к делу.
— Почему же? — удивился Мейсон. — Если выяснится, что я не ошибся, то выходит, что ваш свидетель только два года назад вышел из тюрьмы. А ведь он заявил, что дружил с погибшим много лет. Вот я и хотел выяснить, не в тюрьме ли они познакомились?
— И этот аспект также несущественнен, не допустим в качестве доказательства и не относится к делу, — настаивал Маршалл.
— Барри здесь не причем! — закричал свидетель. — Черт с вами, все равно все проверите. Я познакомился с ним уже здесь, в Эль-Сентро. Но, признаться честно, мы подружились настолько, клянусь могилами моих предков, что…
— Боюсь, — улыбнулся Мейсон, — что могилы ваших предков сегодня стремительно рухнули к центру Земли.
