Автор
В холле адвоката Перри Мейсона сидит Эллен Эйдер, уверенная в том, что его прием позволит решить ее крайне серьезную проблему. Делла Стрит передает сообщение, и Перри немедленно осознает: дело о королеве красоты.
– Настоящий дипломат, – ответил Мейсон. – Я передам ей ваши слова… Проводите нас, Пьер.
Метрдотель направился к нише, заказанной Мейсоном. Когда он откинул занавеску, Эллен Эйдер подняла глаза и, увидев Мейсона и Деллу Стрит, облегченно вздохнула.
– Вы пришли немного раньше, – заметил Мейсон.
Она кивнула.
– Будете что-нибудь пить?
– Сухой мартини.
– Два бакарди и сухой мартини, – заказал Мейсон Пьеру. – И проследите, чтобы их подали быстро.
– Разумеется!
– Успели проголодаться? – поинтересовался Мейсон у Эллен Эйдер.
– Не особенно.
– Ну а теперь, только тихо, расскажите, что все это значит, – сказал Мейсон.
– Мистер Мейсон, – начала она, – у меня есть кое-какие деньги, но я не богата. Деньги я получила в наследство от матери; кроме того, у меня есть и свои сбережения. Я работаю заведующей отделом в универмаге «Френч, Коулмен и Свейзи» и по некоторым причинам, которые я желала бы сохранить в тайне, не хочу, чтобы кто-либо знал, кто я на самом деле. То есть нельзя допустить, чтобы кто-то узнал, что я Эллен Калверт.
– Тем не менее мне хотелось бы знать, что это за причины?
Какое-то мгновение она колебалась, потом отрицательно покачала головой.
– Эти люди из Кловервилла… Или хотя бы тот, который явился ко мне. Вы его знаете? – спросил Мейсон. – Или, может быть, у вас есть какие-нибудь предположения – кто это мог быть?
Он начал описывать ей внешность человека, но Эллен Эйдер покачала головой еще до того, как он закончил свое описание.
Официантка принесла коктейли.
– Минут через десять принесите нам еще раз то же самое, – попросил Мейсон.
Официантка кивнула и ушла.
– Итак, вы получили приз за красоту и забеременели, – сказал Мейсон.
– Да.
– Беременность без мужчины не обходится. Итак, кто же был отцом?
– Вам обязательно это знать?
– Если вы хотите, чтобы я вам помог, то обязательно."
"Она задумчиво пригубила коктейль, а потом сказала:
– Мне было тогда восемнадцать. Я была недурна. Меня называли красавицей, и я вообразила, что весь мир – у моих ног. Он был лет на пять старше.
– А он вас любил? – спросил Мейсон.
Она задумалась на какое-то мгновение, потом подняла глаза и сказала:
– Не знаю… Но в то время я не думала об этом.
– Почему вы так говорите?
– В то время я думала о карьере. И у меня было для нее все… А потом я поняла, что беременна… Учтите, что это случилось двадцать лет назад. Когда я поняла, в какое положение попала, я запаниковала.
