Автор
В холле адвоката Перри Мейсона сидит Эллен Эйдер, уверенная в том, что его прием позволит решить ее крайне серьезную проблему. Делла Стрит передает сообщение, и Перри немедленно осознает: дело о королеве красоты.
Вот, собственно, и все, что нам предстояло сделать. Через некоторое время после рождения ребенка мы вернемся домой, и я останусь работать у них, а они будут воспитывать моего ребенка как своего собственного. Единственное, о чем они просили меня, это никогда и никому не рассказывать правды.
Мейсон задумчиво посмотрел на женщину:
– Почему вы изменили свое решение и что вы хотите от меня?
– Изменила я свое решение, когда узнала, что наследство Хаслетта оценивается в два миллиона и что у него нет других родственников, кроме моего сына.
– Для себя лично вы ни на что не претендуете? – спросил Мейсон.
– У меня нет на это никаких законных оснований.
– Когда я раньше говорил с вами, вы утверждали, что хотите, чтобы ваш сын избрал свой собственный путь, и – как вы сами выразились – вы никогда ничего не скажете ему о его отце. Сейчас же ваши намерения изменились.
– Я очень много думала над всем этим. Несколько дней назад я еще мечтала, чтобы его отец выплачивал ему алименты – приблизительно двести-триста долларов в месяц, – а теперь, когда его отец умер, я узнала, что мой сын может получить большое состояние.
– Эти факты и ваши слова настраивают меня на скептический лад, – заметил Мейсон.
– Я могу доказать, что все, что я говорю, – истинная правда, – сказала она.
Мейсон подался вперед:
– Очень интересно, каким образом? Если речь пойдет о его приемных родителях…
– Нет, их уже нет в живых… Погибли в автомобильной катастрофе.
– В таком случае как же?
– У меня есть свидетельница. Медсестра из больницы в Сан-Франциско.
– Вы считаете, что медсестра может помнить это событие, произошедшее двадцать лет назад? Ведь она имела дело с тысячами и тысячами новорожденных.
– Вы считаете это невозможным?
– Откровенно говоря, да.
– В таком случае я расскажу вам о сопутствующих обстоятельствах, и вы поймете, что это все возможно.
– Какие же это обстоятельства?"
"– Эта сестра начала работать в больнице как раз в тот день, когда меня туда поместили. Не забывайте, что я легла в больницу под именем Белинды Байрд и, естественно, сказала, что мне двадцать девять лет, то есть назвала возраст миссис Байрд.
– Как ее зовут? – спросил Мейсон.
– Агнес Берлингтон.
– Итак! Она пришла к вам до рождения ребенка?
– Да.
