— Полететь из Нью-Йорка в Центральную Америку, чтобы забрать маму, и уже вместе с ней прибыть сюда. Даже не успел принять ванну.
— Вы летели на своем самолете? — спросил Мейсон.
— Нет, видите ли, мой самолет не приспособлен для больших перелетов. Сначала долетел пассажирским лайнером до Мехико-Сити, а уж там я абонировал еще один самолет.
— Действительно громадное расстояние, — согласился Мейсон.
— Терпеть не могу подобное расшаркивание, — прервала разговор миссис Сейвин. — Чего ради, Стив, ты тратишь попусту время? Стараешься заручиться симпатией мистера Мейсона? Ты же великолепно знаешь, что он здесь для того, чтобы всадить нам нож в спину. Так что приступим к сражению, чтобы поскорее покончить с делом.
— К сражению? — удивился Мейсон.
Она воинственно вздернула подбородок.
— Я сказала «сражение». Вам, как адвокату, следовало бы знать значение этого слова.
— По какому поводу вы намерены начать сражение? — Голос Перри Мейсона был вкрадчив и даже ласков.
— С каких пор вы стали ходить вокруг да около? Чарльз нанял вас, чтобы лишить меня прав, которые у меня имеются, как у законной жены Фремонта Сейвина. Я, естественно, этого не допущу.
— Если вы будете столь любезны и дадите указания своему адвокату обсудить в спокойной обстановке обстоятельства дела…
— Это будет сделано, когда я найду нужным, — отрезала дама, — сейчас мне не требуется адвокат. А когда понадобится, я его приглашу.
Стив Воткинс попробовал восстановить мир.
— Послушай, мама, ведь Чарльз сказал…
— Помолчи! Не суйся не в свое дело! Я слышала, что сказал Чарльз. Мистер Мейсон, а что вы сами скажете?
Перри Мейсон опустился в кресло, подмигнул Чарльзу Сейвину и ничего не сказал."
"— Прекрасно, в таком случае, я кое-что скажу. Чарльз это уже слышал, теперь я повторю вам. Мне хорошо известно, что Чарльз Сейвин был настроен против меня с той минуты, как я вышла замуж за его отца. Если бы я в свое время поведала мужу хотя бы половину того, что мне следовало ему рассказать, он бы поставил Чарльза на место! Он бы не потерпел такого положения вещей. Что бы там Чарльз ни болтал, Фремонт меня любил. Чарльз до такой степени боялся за свою часть наследства, что был просто ослеплен предубеждениями. Если бы он относился ко мне честно, я бы поступила с ним по-доброму. Но при таком положении вещей я на коне, в седле. И я буду править… Вам ясно, мистер Мейсон?
— Пока я ничего конкретного не услышал, — сказал Мейсон, закуривая сигару.
— Я вдова мистера Фремонта Сейвина. Я думаю, что существует завещание, по которому он оставил мне большую часть состояния. Он уверял меня, что написал такое завещание. Если завещание существует, я буду душеприказчиком, а если нет, то по закону буду управлять его делами.