То есть я пришел сюда не как официальное лицо, хотя и занимаюсь расследованием этого дела.
Он вел себя так, словно не допускал и мысли о том, что его визит может оказаться нежелателен, и, войдя в холл, сообщил ей как бы между прочим:
— Я поднимусь к Коллу на минутку, мне бы не хотелось, чтобы он был предупрежден о моем приходе. Вы можете дать мне ключ. Тогда мне не придется беспокоить вас лично.
Ее лицо отекло со сна, волосы спутались, кожа лоснилась от косметики, но она постаралась, чтобы ее улыбка выглядела игривой:
— Ключ? От квартиры Колла? Боюсь, что…
— О, только от двери в квартирный коридор[3], — поспешил объяснить Мейсон.
— А, ну это будет не трудно. Подождите минутку, я сейчас принесу.
Пока она шла к себе, шаркая по полу шлепанцами, Мейсон закрыл входную дверь и взглянул на часы. Он почти физически ощущал, с какой быстротой улетают в никуда драгоценные минуты.
Наконец она вернулась.
— Благодарю вас, — кивнул Мейсон, принимая от нее ключ. — Я быстренько поднимусь и посмотрю, дома ли он. Какой у него номер квартиры?
— Двести девятый.
— Ах да. И большое вам спасибо. Я уверен, нам придется побеспокоить вас еще только один раз.
— Еще раз? — спросила она.
— Да, — с улыбкой ответил ей Мейсон. — Я думаю, скоро сюда прибудет мой коллега, лейтенант Трэгг. Боюсь, на сегодня мы вконец расстроили ваш сладкий сон.
— О, не обращайте внимания, — сказала она, искусственно улыбаясь в ответ. — Со мной все будет в порядке. С полицейскими работать одно удовольствие, особенно когда они это ценят."
"Она с каждой минутой чувствовала себя все бодрее и бодрее, ей явно нравилась роль добровольной помощницы стража закона. Время было слишком дорого, чтобы и дальше тешить ее тщеславие, поэтому Мейсон просто благодарно улыбнулся и, пройдя к лифту, поднялся на третий этаж. Открыв ключом дверь в коридор, он безо всякого труда нашел квартиру под номером 209. В окошке над дверью был виден свет .
Мейсон тихо постучал и почти в ту же секунду услышал, как внутри кто-то вскочил со стула, раздался звук торопливых шагов по ковру и Колл отпер дверь. Он явно ожидал к себе кого-то другого. При виде Мейсона на его лице появилось растерянное выражение.
— Что вам здесь нужно? — спросил он. — Я уже дал вам ее адрес. Другого у меня нет.
— Мне нужно задать вам несколько вопросов.
— Что ж, сейчас, конечно, для этого самое время. Кто впустил вас в дом? Кто вы такой? Вы что, тоже сыщик?
— Мое имя Мейсон. Я — адвокат.
Лицо Колла мгновенно утратило всякое выражение. Словно где-то глубоко в мозгу он передвинул рычажок, разом лишивший его черты всякого эмоционального содержания. Раздражение исчезло из глаз, лицо стало безжизненным, как маска.
— Да? — спросил он ровным, тусклым голосом.