Автор
Перри Мейсон приветливо улыбнулся фигуры, остановленной на пороге его кабинета. Взгляды пересеклись — тяжеловесный епископ, облаченный в черное сутановое платье и белый отложной воротник, стоял нерешительно у входа. Его постройчатые ноги, обутые в потрепанные башмаки, казались ещё более несвойственными для титула священнослужителя....
— Что, например?
Мейсон улыбнулся:
— Вспомните сами свои действия. Не забывайте, что полиция знает, где и как все происходило. Им нужно будет только найти подтверждение.
— Что ж, пусть ищут, — с вызовом сказала она.
— К тому времени будет поздно рассказывать свою историю.
— Почему?
— Газеты напишут, что все это уловки вашего адвоката.
Она посмотрела на него затуманенным взором человека, который отчаянно пытается на что-то решиться.
— А если предположить, что я расскажу все сейчас?
— Ваш рассказ будет звучать убедительнее, особенно если вы сразу выложите все до конца.
Она внимательно рассматривала кончик сигареты.
— Что ж, может быть, здесь вы и правы.
Трэгг опять открыл рот, но короткий повелительный жест Мейсона призвал его к молчанию.
— У Колла есть ключ от вашей квартиры? — помог ей Мейсон.
— Да.
— Значит, именно там он держал Боба Лоули на следующий день после убийства, пока вы лежали в больнице.
— Наверное. Откуда мне знать.
— Вы любите Колла?"
"— Теперь нет. Когда-то я была без ума от него. Ничего, с этим я справлюсь. Все сотрется. Стиралось раньше, сотрется и в этот раз.
Мейсон посмотрел на часы.
— Ну что же, если вы намерены…
— О, да ладно. Слушайте. Я обслуживала игорный дом. Моя работа состояла в том, чтобы поощрять мужчин к игре и следить, чтобы они не уходили сразу, как только начинают проигрывать. Я получала комиссионные.
Я сделала все, что от меня требовалось.
Когда дело уже подходило к тому, чтобы делить прибыль, они решили прокатить меня, отдав мое место новой девушке Колла.
Я в принципе не возражала. Такая жизнь мне уже порядком надоела, но стоять и смотреть, как меня дурачат, я не собиралась.
Этот револьвер Боб Лоули возил в отделении для перчаток своего автомобиля. Думаю, он даже не заметил пропажи, когда я его вытащила. Конечно, я понимала, что подозрение падает в первую очередь на меня, поэтому мне нужно было железное алиби.
Мне пришла в голову мысль послать себе конфеты со снотворным.
