Автор
Дело об оборотной стороне медали: В просторном кабинете столешнице сидит опытный адвокат Мейсон, окруженный доверенными лицами и приятелями. Каждый знает, что сегодня это будет его самое трудное дело, противопоставленное прошлому сложному эскаляду против Бергера.
– Но… Ведь в газетах же написано…
– И что? Раз написано в газете, то мне теперь следует пойти и застрелиться, чтобы очередной бред сержанта Холкомба соответствовал истине?
– Нет, мистер Мейсон, не надо! – серьезно ответила девушка.
Зазвонил телефон. Герти сняла трубку.
– Контора адвоката Перри Мейсона, – сказала она и почти сразу же передала трубку Мейсону: – Это спрашивают Деллу Стрит.
Мейсон взял трубку.
– Алло! – услышал он голос Гамильтона Бергера. – Мисс Стрит? Я только что прочитал в газете… Приношу вам свои искренние сердечные соболезнования по поводу столь невосполнимой утраты…
– Утрите слезы, Гамильтон, – усмехнулся Мейсон, – я так просто из жизни не уйду.
– Перри? – изумленно воскликнул окружной прокурор и тут же сердито закричал: – Что за дурацкие фокусы, Мейсон?! Я купил газету и меня словно молотом по голове огорошили. Я бегом в первую же будку, чтобы выразить мое горе, а вы устраиваете цирк! Вы…
– Это не мои фокусы, – спокойно перебил его Мейсон, – а, как явствует из газет, сержанта Холкомба.
– Нет, я только еду в прокуратуру, вчера был трудный день… Я купил газету и… Извините, Перри, я не хотел вас обидеть, но…
– Ладно, не извиняйтесь. На меня действительно было совершено покушение. Одного бандита я застрелил, второго ранил первый.
"– И кто это? – осторожно спросил Бергер, явно не удивившийся бы, услышав отказ.
– Сегодня мы по одну сторону баррикады, – сказал Мейсон и, вдруг вспомнив Трэгга, добавил: – Все равно вы узнаете это через полчаса. Некий Баннер Болес.
– Баннер Болес? – переспросил Бергер. – Нет, не помню.
– Лет десять назад вы вели процесс по обвинению Теда Балфура в наезде на неизвестного бродягу.
– Я сейчас не помню, но все тщательно проверю, – заверил Бергер. – Но почему сержант Холкомб решил, что вы убиты?
– Мне не дано читать мысли тех, у кого их нет, – ответил Мейсон. – Я не видел Холкомба с позавчерашнего вечера и рад был бы не видеть его еще сто лет.
