Начальник зло посмотрел на Вадима, но через силу улыбнулся:
— Даешь, Вадим Петрович, результат!
— Даю иногда, — Вадим пожал плечами.
Юрьев присел за стул и внимательно посмотрел Саблину в глаза. Тот был заметно на нерве, дергался и потел.
— Как же вы так умудрились? Это же целая спецоперация… — чувствовалось, что Саблин не знает, что говорить, и как строить разговор в последующем…
— Спецоперация… — согласно кивнул Юрьев.
Начальник вышел из-за стола и стал прохаживаться по своему огромному кабинету. Пройдя несколько раз туда и обратно, он повернулся к Вадиму и направил на него свой тяжелый взгляд, переходя на «ты»:
— Ты же знаешь, для чего я её держу! Ты же знаешь… ты же сам опер…
— Не знаю, для чего вы ее держите, не знаю…
— Ну, ладно. Тогда скажу — она мой агент!
— Как замечательно! — вдруг рассмеялся Вадим. — Она и мой агент тоже. И ФСБ ее завербовало… Вот так история…
Юрьев своим поведением совершенно четко дал понять Саблину, что дело уже давно вышло из-под контроля начальника ГОВД. Выждав несколько мгновений тишины, Вадим сказал:
— Знаешь, Михаил Иванович, мне надоело слушать от людей жалобы на то, что наркотиками торгуют прямо возле милиции, а эта милиция ничего сделать не может. А ведь я такой же мент как и ты! И эти слова — плевок в наше с тобой лицо. Тебе так не показалось? — Юрьев тоже перешел на «ты».
— Для меня Уткина это погоны и пенсия. А для моих сотрудников — это оперативная информация и результат! — сказал Саблин.
— А для матерей наркоманов она кто? Для матери убитой девочки она кто?
— Ты мне здесь о возвышенном не трепи. Ты и сам знаешь, что это все ерунда.
— Ну почему же? Это совсем не ерунда. Я прекрасно понимаю, почему она не платила в «общак» — ведь у нее была вполне сносная «синяя крыша».
— Это ты на что намекаешь?
— Я не намекаю, а работаю над сбором доказательств. Могу заверить, что собрал уже довольно много.
Михаил Иванович вдруг весь покрылся холодным потом и засопел. Он начал усиленно обтирать лысину платком.
— Да не переживайте так! Посадить вас не посадят, — Вадим перешел на «вы» и в его словах засквозили издевательские нотки. — Разве что уволят без пенсии. Кстати, новый генерал в УВД решил омолодить руководящий состав…
— Ты же все знаешь, зачем ты так…
— Это моя работа. Причем я все разговоры всегда пишу на диктофон. Будут проблемы, обращайтесь…
Вадим вышел из кабинета, успев увидеть, как у начальника ГОВД просто отвалилась от изумления челюсть.
В кабинете собрались втроем. Санин смотрел на следы ночной пьянки и качал головой:
— Не могли прибрать что ли?
— Времени нет, — отмахнулся Иван.
— Ну, так что будем решать? — спросил Санин.
— Я думаю так, Анатолий Дмитриевич, — сказал Иван.