Студент авиационного института Ивана Шилова судьба толкает в криминальный мир, где он добивается успеха. Но осознав ошибку выбора, он становится оперативником и вынужден противостоять своему криминальному прошлому, рискуя жизнью ради закона и справедливости.
Опера старались молчать, боясь пропустить хоть одно слово.
Первое, что услышали, это были слова неодобрения в адрес Макара, что, мол, он не появился на похоронах… но через минуту разговора послышалось сильное шуршание, потом возглас: «слушают, суки…» и громкий щелчок. Потом была только тишина.
— Нашли твой жучок… — констатировал Иван и погладил Леонида по голове. — Молодец…
Тот нервно отстранился и недовольно выключил диктофон.
— Не получилось, — нахмурился он.
— Смотрите! — Женя указал на вход в забегаловку.
Из «Веснушки» выходили бандиты и рассаживались в свои машины. Лица всех выражали явное недовольство и презрение ко всему миру. Через минуту они выехали всем кортежем на трассу и покатили к выезду из города. Опера на двух машинах последовали за ними. Бандиты выехали из города и свернули под мост. Там они вытащили из багажника столик и, выставив на него всю закуску, как ни в чем не бывало, принялись поминать дальше. Тут же крутился и Фикса.
Разглядеть что-либо, не расшифровав себя, было невозможно, и поэтому опера ограничились только наблюдением за дорогой, пытаясь не упустить момент отъезда бандитов «по домам».
— А Фикса-то как возле них вьется, — не выдержал и съехидничал Иван. — Явно в положенцы метит на фоне «внезапно заболевшего» Макара.
— Ну, что мне с тобой делать? — спросил Трофим, после очередной рюмки элитной водки BLAVOD, ставя пустой пластиковый стаканчик на раскладной столик.
— Со мной делать ничего не надо, Трофим, — спокойно ответил Фикса. — Сами можете все видеть: он даже на похороны Жигана не пришел. Сейчас мои пацаны по городу прокатились, людей поспрашивали… люди говорят, что Макару вчера «ханки» привезли — он сейчас зависает где-то… вот и все его уважение к людям… разменял все уважение на «ханку»…
— Знаю я, что наркоман он. Это его не красит. Совсем не красит… Но и ты пойми — я же не могу тебя взять и единолично назначить здесь ответственным. Нужно с людьми пообщаться. Мнения разные выслушать. Присмотреться к тебе получше. Ты же для меня — темная лошадка. Не знаю я тебя в деле. Не видел твоих заслуг… кроме того, что организовал тут все, — Трофим вдруг усмехнулся: — Организовал, да в такой кабак завел, где «жучки» стоят ментовские…
Фикса опустил глаза. Если Трофим и дальше так будет думать, то не видать Фиксе никакой криминальной власти…"
"Но Трофим был мужиком тертым, понимал, что менты никогда не упустят такого уникального момента записать разговор криминальных авторитетов.
