В комнате общежития шестеро парней переглядываются с облегчением: они поступили в институт вместе, чувствуя себя единицами среди других выпускников. Внезапный успех кажется невероятным чудом, и радость Ивана распространяется по всей комнате.
Дочь хвастливо заявила, что победила в очередной школьной олимпиаде и сказала, что вокруг все только и говорят о бандитских разборках со стрельбой.
— А что говорят в городе? — спросил он у жены.
— Говорят, одного бандита застрелили, одного задавили машиной и ранено три милиционера.
Вадим расхохотался. Он обнял жену:
— Ну а ты в это веришь?
Весь следующий день тоже не дал результатов. Опера носились как угорелые, но дело ничуть не сдвинулось. К вечеру их вызвал прокурор города Николай Алексеевич Игнатов.
— И чего? — спросил он, когда опера вошли в его кабинет.
— Работаем, Николай Алексеевич, — пространно заявил Юрьев.
— Я не вижу результатов. Весь город на ушах стоит: опера подстрелили, а вы не только смогли упустить бандита, но и не можете выйти на него…
— Делаем все возможное и невозможное.
— Мало делаете! Дело Лося стоит? Стоит! Клиент ваш? Ваш! Почему нет по нему работы?
— Николай Алексеевич, мы делаем все возможное… — осторожно снова сказал Вадим."
"Игнатов это знал и сам, но расслабляться не позволял никому.
— Вы вот что… во избежание неприятностей во время захвата этого «Сироты», я буду лично принимать участие в захвате.
Прокурор жестко посмотрел на оперов. Те разом кивнули.
Юрьев сказал:
— Да мы такого и не помышляли…
— Эта идея могла возникнуть у вас спонтанно, — усмехнувшись, заметил прокурор.
Опера оценили прокурора. В душе каждый из них тоже усмехнулся.
Уже ближе к ночи опера приехали к Чифу в госпиталь.
