— Искупитель меня избави от таких разговоров, — она возвела глаза к давно побеленному потолку.
В комнату вошла уже знакомая мне девушка в сером платье и внесла поднос, на потом стояли чайник и две чашки. На небольшом блюдце лежало несколько овсяных печенек. Сахарницы не было. Я взглянул на Лопатину с недоумением и уточнил:
— У вас нет сахара?
Она поджала губы и бросила на поднос недовольный взгляд. Потом перевела глаза на служанку.
— Подай сахар.
Девушка оглянулась на дворецкого, и тот сунул руку в карман, чтобы вынуть ключ. Глаша не лукавила, когда говорила, что сладкое тут прячут в буфет под замок.
— У меня плохая переносимость сладкого, — нехотя пояснила женщина.
Однако когда расторопная служанка принесла в вазочке колотые кусочки сахара, Паулина бросила в свою чашку несколько штук. Я сделал то же самое, хотя вкус сладкого чая мне был неприятен. К слову, напиток тоже был не особенно хорошим. О чем я не преминул сообщить хозяйке.
— Вам стоит покупать чай в восточной лавке у площади Покаяния. Там составляют отменные сборы. Хотя вы могли убедиться в качестве напитка, когда посещали мой кабинет.
— Конечно, — выдавила женщина.
Казалось, она едва сдерживалась, чтобы не высказать все, что обо мне думает. Но сумела совладать с собой и растянула губы в подобии улыбки.
— Вы ведь приходили ко мне по делу, верно?
— Все так, — с облегчением выдохнула Лопатина, допила чай и плеснула себе в чашку новую порцию, сдобрив ее четырьмя кусочками сахара. Затем с подозрением взглянула на меня и добавила пятый.
— И чем я могу быть вам полезен? — уточнил я.
— Меня подлым образом ограбили. Человек, который был вхож в дом, которому мы безгранично доверяли, — она махнула рукой в сторону дворецкого, тем самым давая понять, кого имеет в виду под местоимением «мы».
— Когда это произошло?
— Воровство могло произойти около месяца назад. Но обнаружилось гораздо позже. Негодяйка служила в доме много лет. Мы относились к ней с теплотой. Не нагружали работой, исправно платили, отпускали пораньше, когда ей требовалось. Терпели нерадивость…
— Зачем? — прямо спросил я и мстительно высыпал в чашку содержимое вазочки с сахарными кусками.
— Что зачем?
— Почему вы терпели нерадивую служанку?
Я залил сахар настоем и сделал глоток, стараясь не кривиться от приторного напитка.
Паулина поджала губы:
— Мы просто решили проявить доброту.
— Зачем? — снова уточнил я. — Не проще ли было нанять ту, которая будет хорошо исполнять работу?
Стоявший у входа Прохор шумно выдохнул, но Лопатина кинула на него неодобрительный взгляд и мужчина замер.
— Теперь я понимаю, что эту неблагодарную девку давно надо было гнать в шею. Не ждать, пока она обворует дом. По своей доброте мы пригрели змею, Павел Филиппович.