В душе чеко горит сладкая жажда детства — он помнит забавы летних полей и шалости среди ребяток. Но каждое его воспоминание только усиливает мрачное чувство одиночества и разлуки, в котором герой буквально погружается с головой. Непрекращающееся рыдание и острый внутренний стон рождают нездоровую атмосферу меланхолии и тяжёлого безысходства....
Сначала я даже не понял, с чего это они сюда припёрлись? Лица суровые, бороды вздыбленные, посохи дрожат от возбуждения, а на мясистых носах блестят капельки пота. Лидия Адольфина чуть удивлённо покосилась в мою сторону, я вскинул бровь, изображая полнейшее непонимание… Мы простояли так долгую минуту, а то и две. Все вопросы снял дьяк Филька, высунувшись из-под тяжёлого рукава боярина Бодрова:
– Что я вам говорил, а?! Вот он, подлец бесстыжий, срамотит матушку царицу в её же покоях! Обманом под крыло втёрся к лебёдушке белой, голубице сизокрылой, ласточке ясноглазой… И как теперича такой позор царю пережить?
– Гражданин Груздев, – постепенно дошло до меня, – у вас хоть капля мозгов ещё осталась? Думайте, что говорите!
– А ты меня не затыкай, аспид форменный! – под одобрительный гул боярских голосов взвился дьяк.
Двое стрельцов, что стояли у дверей, прикрыли уши.
– Кто посметь допустить его пред мой взор? – медленно поднимая подбородок, вопросила молодая царица.
Бояре чуточку стушевались, но не отступили. Суровый Бодров, сжав бороду в кулаке, неприязненно буркнул:
– Наше на то соизволение было, а милицию давно окоротить следует!
– Кто посметь допустить всех вас ходить в мой покой?
– Ну уж коли ты, матушка царица, простым участковым не брезгуешь, так боярству высокородному и подавно… – презрительно выпятив губу, заявил наглец и осёкся.
– Если би мой супруг не бил?.. бил не?.. не стал так занят, то не слючалось би такой гнюсний оскорблений! Но он говорить мне, как уметь вижить бедний, рюсский баба…
Государыня одной левой вырвала у ближайшего стрельца здоровенный бердыш, ткнула остриём в пол, нервно нажала каблучком и, отломав себе изрядный дрын, играючи покачала им из стороны в сторону.
– А теперь ви будете убежать… бистро-бистро-бистро! Кто не есть успеть – того я обходить?.. находить?.. отходить!..
