Автор
Петербургский сыщик Алексей Лыков, обзаведшийся семьей, вынужден противостоять жестокому маньяку, терроризирующему город. Личное счастье становится уязвимостью для героя, когда опасный преступник наносит удар туда, где лежат его самые дорогие сокровища.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Дело Варнавинского маньяка» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Петербургский сыщик Алексей Лыков, обзаведшийся семьей, вынужден противостоять жестокому маньяку, терроризирующему город. Личное счастье становится уязвимостью для героя, когда опасный преступник наносит удар туда, где лежат его самые дорогие сокровища.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Николай Свечин Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Петербургский сыщик Алексей Лыков, обзаведшийся семьей, вынужден противостоять жестокому маньяку, терроризирующему город. Личное счастье становится уязвимостью для героя, когда опасный преступник наносит удар туда, где лежат его самые дорогие сокровища.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Форосков решил пообедать в островском трактире, но туда почему-то никого не пускали. Чертыхнувшись, он пошел на Набережную улицу в трактир «Ветлуга», тоже весьма приличный. Опытным взглядом бывший сыщик обнаружил вокруг едва заметное волнение. Посреди площади исправник со злыми глазами устраивал распеканцию приставу. Пробежал переодетый городовой; торопливо прошел, не здороваясь, хмурый Щукин. Что у них приключилось? Маньяк утонул, живи и радуйся, а тут такая суматоха…
Петр вошел в трактир, сел у окна. Тут же подбежал бойкий парень в белом фартуке:
— Чего изволит ваше степенство?
— Дай-ка мне отца с сыном и грешной каши[101]. Еще севрюжины, залому с лучком и моченой брусники. Ну и водки, само собой.
Парень исчез, но тут в дверь с улицы просунулся Проживной и молча поманил Фороскова пальцем. Тот вышел недовольный:
— Чего еще? Только хрястать собрался…
— Поехали на дело, Щукин добро дал.
— Прямо сейчас?
— А чего тянуть?
За спиной «ивана» стоял извозчик с одним седоком.
— Твои блатноги?[102]
— Мои. А в нем уж твои кле[103] положены.
— Ишь ты! За меня распорядился. А кто там сидит?
— Это Ванька Перекрестов, твой фрей.
— На хрена он сдался? Ты же Чечуя обещал!
— Чечуя нету, есть только вот он.
— Не нравятся мне такие фокусы… Нет хуже, как на ходу переделывать. А кто еще? Или набздюм[104] ломаем?
— Я третий буду.
— Ты? Так не пойдет. Кто из нас двоих тогда воротило? Форосков на подхвате ни у кого не работает.
— Воротило ты, но моя доля — треть.
— Тебе треть, да Ваньке десять процентов? А я, значит, задарма буду трудиться? Шиша вам соленого! Посидишь в коляске, обойдемся без тебя.
— Без меня не обойдетесь. Хозяин там больно крутоват.
— Кто таков? Илья Муромец?
— Навроде того.
— А что за зорик?
— Как ты и хотел, загородное имение. Нефедьевка называется. Богатое!
— А, это место я щупал, — обрадовался Форосков. — Домина что надо. Первые богачи в уезде. Ну, еще куда ни шло… Поехали!
Они сели в пролетку. Ванька Перекрестов оказался молодым еще парнем с грубым лицом и бегающими глазами. Петр молча осмотрел его и отвернулся, не ответив на приветствие. Странно… Человек в розыске, всем в городе известен и даже не думает скрываться. Что-то здесь не так. И на грабеж без предварительной разведки не ездят, и «иваны» из тридцати процентов не работают. Смахивает на ловушку.
— Сколько хоть там народу в доме?
— Не считая баб с детьми, только двое дубаков[105]. Один мухорт партикулярный, а вот второй огневый. На войне обтерся. С ним совладать будет трудно.
— Против трех чевых[106] гайменников никому не устоять. А чем коробушка набита?
— Окороков[107] много. Сверкальцы хозяйкины — шкатулку из Питера с собой привезла. Ну и денег целый бурун.
