Подмосковье в резкомfreeze-переходе на мрачную зимнюю ночь. Звонкий голос за спиной оставляет неприятное чувство спокойствия перед неизвестным, но при этом явно ожидается что-то тёмное и опасное: отражение в полумраке — одинокий человек сидит у костра.
Может, Ордан и не мог его убить, но наверняка прорабатывал такую возможность. И по-хорошему князю стоило бы ударить на опережение.
Хотя, стоп, возможно, эльф именно на это его и провоцирует⁈ Тогда у Тёмного будут развязаны руки, и он завладеет Семенем, которое ему же и вручил…
Уфир посмотрел на Ордана и увидел, как тот, не скрывая, разглядывает демона, с лёгкостью читая эмоции того.
— Гадости обо мне думаешь, дружище? — сверкнул глазами Ордан, потянувшись ещё к одному стакану, стоявшему на столике перед диваном.
— Твои игры достали меня, Прядильщик, — рыкнул демон, окончательно выходя из себя. — Рано или поздно тебе придётся скинуть маску и играть в открытую. Иначе ты переиграешь сам себя.
— Интересная мысль, однако это вряд ли когда-либо случится. Уж точно, не в этом витке, — покачал головой Тёмный. — Ладно, так или иначе, человеку удалось завладеть первым Семенем. И зная его, уверен, что он рискнёт и применит его.
— Можно подумать, у него есть выбор, — фыркнул князь. — Человеческого Семени нет, а значит, ему нужно собрать хотя бы ещё четыре, чтобы попытаться спасти свой мир.
— Ну или остаться, — словно невзначай обронил Ордан и посмотрел на девушку, уже ползающую на коленях. — Эта раса вносит дисбаланс в Систему, и было бы совершенно глупо просто так их отпускать.
— Система этого не позволит, — не согласился Уфир. — Ещё ни одна раса не смогла подчинить себе другую на системном уровне.
— Всё бывает в первый раз, мой друг. Зато представь, если всё выйдет, какие это открывает перспективы.
— Тебе не позволят, — убеждённо произнёс Уфир. — Если не Система, так остальные.
— Кто? — рассмеялся Прядильщик. — Никто, кроме тебя, моих планов не знает. А ты же не будешь меня убивать. Или всё же будешь…
Вопрос повис в воздухе, так как улыбающийся Ордан начал быстро становиться прозрачным, а после и вовсе исчез.
"— Вот любит же последнее слово за собой оставлять… Убивать или не убивать… Чёрт, если он знает, что я знаю, что он собрался мне это внушить, то наверняка понимает, что я так не поступлю… — задумчиво произнёс Уфир. — Или как раз-таки явился ко мне и вёл себя так, чтобы я так не поступил, ибо сейчас он уязвим… А-а-а, как же с ним сложно…
Раздражённый князь посмотрел на танцовщицу, оставленную Тёмным.
