Подмосковье в резкомfreeze-переходе на мрачную зимнюю ночь. Звонкий голос за спиной оставляет неприятное чувство спокойствия перед неизвестным, но при этом явно ожидается что-то тёмное и опасное: отражение в полумраке — одинокий человек сидит у костра.
По бокам от скал-ульев располагались провалы, глубокие и достаточно широкие, чтобы не позволить перебраться через них вражеским воинам. Если, конечно, у тех не имелось крыльев."
"Впрочем, учитывая имеющееся у нас «ПВО», то насчёт этих можно было не особо беспокоиться. Большую часть лучники собьют ещё на подлёте, ну а тех, кто всё же долетит, будут ждать воины.
Так что, по сути, для того чтобы захватить мой Аллод барону Ситри оставался один-единственный путь, пролегающий между скал и перегороженный остатками стен.
Раздался грохот, камень под моими ногами задрожал, а стоящий неподалёку Иваныч выматерился.
— Мне кажется, делать из гоблинов сапёров было не самой твоей лучшей идеей, — прекратив строить трёхэтажные словесные конструкции, Старый перешёл к более скучным фразам.
— Нормально, скала выглядит крепкой, обвалиться не должна, — максимально уверенно произнёс я, глядя на то, как под ногами в скале побежала очередная трещина. Однако на всякий случай отступил на пару шагов и продолжил.
— Всё же думаешь остановиться здесь? — удивился Старый. — Я почему-то думал, что мы двинемся вглубь территорий, пока баронишка не опомнился.
— Я бы так и поступил, встреться мы здесь с нормальной армией, а не с дикими демонами, — покачал я головой. — Этих же обитателей улья даже разумными назвать нельзя, так, одна тень от предыдущих владельцев тел.
— Значит, окапываемся?
— Ага, — кивнул я и вновь посмотрел в направлении, где за красным туманом едва виднелся белый замок. — По полной.
Следующие двое суток прошли в бешеном ритме и с ощущением занесённого над головой меча. Ну или взгляда, направленного через прицел снайперской винтовки.
Несмотря на то, что за эти дни новых демонов не объявлялось, я, как и все остальные, периодически ощущал, как в голове раздаются посторонние шепотки.
То и дело между трудящимися бойцами вспыхивали ссоры, порой перерастающие в поножовщину, когда кто-то всё-таки оказывался слаб и поддавался демоническим уговорам. И практически всегда это приводило к смертям и отправке трупов на Аллод.
