Автор
Парковка забита автомобилями с разными задачами: кто-то торопится на работу, а этот парень, казавшийся обычным подростком, фактически корова, с блаженной улыбкой направляется к дверям директорского места. Его огромный спутник вздыхает, понимающе кивая и возвращается за руль внедорожника, похожего на катафалк. В тишине этого мира кажется странным все это спокойствие....
Не упомню, чтобы тебе в верности клялся. Если заняться нечем — позвони подружкам, наверняка в каком-нибудь кабаке свои гламурные жопы протирают. Игореша сегодня занят.
Густые ресницы красавицы начинают быстро и обиженно хлопать, тонкие ноздри трепещут. От этого зрелища мне становится неудобно настолько, что я начинаю поглядывать по сторонам.
— Не надо со мной разговаривать как с маленьким ребенком, Игорь. Трахал ты меня по-взрослому. Так бы и сказал, что молодое тело тебе приелось и потянуло на подержанных милф.
— Майя, блядь! — рявкает Жданов еще до того, как как успеваю понять, что неприглядное сочетание слов «подержанная» и «милфа», адресованы мне. — Зад свой хватай в руки и быстро грузи в тарантас, пока я тебя в него пендалями [П1] по-взрослому не запихал.
Девушка поджимает пухлые губы и, бросив на меня финальный взгляд, гордо цокает к модной красной машине.
«Ну и чего ты так разнервничалась, Люба?» — веду с собой мысленный монолог, глядя в ее удаляющуюся спину.
Умом все это я понимаю, но в груди все равно бушует эмоциональное пламя. Что меня, взрослую женщину, незнакомый человек вот так походя оскорбил. Обменялись контейнерами, называется. Кем ты себя возомнила, Люба? Феей пирожковой? Жданов мужчина видный, свободный. Сколько у него еще таких вот Май?
— Я так понимаю, контейнеры после такого шапито ты забирать ко мне не поедешь, — медленно произносит Жданов, внимательно оглядывая мое лицо.
Ну хотя бы ведет себя с достоинством. Сам дурака не включает и меня за дурочку не держит.
— Не поеду, — подтверждаю его догадку и лезу в сумку за телефоном. — Вызову, пожалуй, такси.
— Ой, только не надо вот этой гордой инженерской самостоятельности, — отрезает Жданов. — Хреново вышло, сам знаю. Я, Люба, свободный здоровый мужчина, а потому в трах-связях себя не стеснял. Кто же знал, что молодухи нынче пошли такие прилипчивые.
И ведь не поспоришь. Вон у Ники моей два парня было: Витя точно нытик, а вот кто Саша, я так и не разобралась: то ли соплежуй, то ли все-таки последнее.
Не дав мне возможности и дальше тренировать свою поруганную инженерскую гордость, Жданов берет меня под локоть и ведет к своей машине. Я не сопротивляюсь.
