Автор
Парковка забита автомобилями с разными задачами: кто-то торопится на работу, а этот парень, казавшийся обычным подростком, фактически корова, с блаженной улыбкой направляется к дверям директорского места. Его огромный спутник вздыхает, понимающе кивая и возвращается за руль внедорожника, похожего на катафалк. В тишине этого мира кажется странным все это спокойствие....
Ты разочарована, что ли, Люба? На Новый год невротика сзаниженной самооценкой заказывала, а дали не то?
Я решаю не отвечать. Нет, невротика я конечно не заказывала. Я вообще мужчин ни разу не просила. И без них всегда находилось, чем заняться.
— Вот здесь останови, Миша, — командует Жданов, когда мы подъезжаем к помпезному входу с надписью «Ратуша».
— Места встреч с каждым разом назначаете все гламурнее, — замечаю я.
— Так ведь и повод сегодня примечательный, — хмыкает он, толкая дверь. — Прощальный ужин с моей бывшей женой.
33
Вот так во второй раз за день у меня слабеют колени. Он шутит так, что ли? То есть там внутри нас ждет его экс-кляча… то есть бывшая жена, с которой придется сидеть за одним столом?
— Игорь Вячеславович… — Я невольно вжимаюсь в салонную обивку. — Извините, но подобного рода развлечения не для меня. Нашего недавнего общения с Анжелой мне достаточно на ближайшие годы вперед. Рвать друга друга зубами ради мужчины — каким бы интересным и привлекательным он ни был, не для меня.
— Все хорошо в интеллигентах, да уж больно к жизни не приспособленные, — Жданов с укоризной качает головой. — При первом шухере готовы лапы вверх поднять с криками «Все заберите, только гордость оставьте». Ты думаешь я тебя сюда для чего притащил? Эго свое мужское потешить?
— Не знаю, Игорь Вячеславович. С самого начала поездки пребываю в смятении, а сейчас и подавно. Я за столом привыкла беседу поддерживать, а о чем разговаривать с вашей бывшей супругой — не имею ни малейшего понятия.
— А тебя никто разговаривать и не просит. Посидишь, послушаешь, осетрины навернешь.
— Занятие, больше подходящее кошке, — хмурюсь я."
"Усмехнувшись, Жданов смотрит мне на грудь, а затем - на колени.
— Вот в чем дело. Женско-инженерская гордость играет. Мол, если голос есть — надо обязательно его подать. Слушай сюда внимательно, Люба, и уясни. Цели тебя унизить не преследую. Отношусь с большим трепетом и уважением. Настолько большими, что порой посреди рабочего дня в брюках свербит.
