Но Екатерина сумела создать иллюзию, влияющую на все органы чувств. Причем не человека, а дива. Не только на зрение, слух, обоняние и осязание, но, самое главное, на ощущение силы, энергии. В отличие от иллюзий на тренировочных стендах, иллюзия Екатерины оказалась способна причинить серьезные травмы. Насколько я разобралась, сила дива, на которого наложена иллюзия, была увеличена и перенаправлена. А любой див, вступивший в бой, воспринимал иллюзорного «монстра» сильнее себя или самого сильного дива поблизости. В этом и было слабое место. Иллюзия создавалась для охоты на дива. Может быть, поэтому, а может, потому что одновременно захватить и восприятие дива, и человека невозможно, эта иллюзия почти не действовала на колдуна. Только на его зрение. Даже выделяемую личиной энергию колдун не ощущал.
– Я бы не сказал, что это недостаток, – заметил Аверин, – скорее неплохой способ скрыть от колдуна истинную мощь дива под личиной.
– Да, возможно. – В голосе Любавы звучало настоящее восхищение, было заметно, что творение Екатерины Френкель произвело на нее большое впечатление.
– При этом, – улыбнулся Аверин, – ты сумела блестяще справиться с иллюзией и разобраться, как она работает."
"– Только с вашей помощью, дядя, – ответила девушка, – и потому, что сама Екатерина Френкель уже не управляла своим творением. Думаю, она как раз пыталась бежать. Ну и потом, ломать не строить, как говорят. – Она снова опустила глаза. Видимо, смутившись от похвалы.
Василь посмотрел с гордостью:
– Оказывается, моя дочь сыграла в этой истории очень важную роль. Иллюзия охраняла дом, я правильно понял? – спросил он и добавил с самым невинным видом: – И что, даже Императорский див не смог с ней справиться?
Аверин внутренне усмехнулся: Василь не преминул уколоть Владимира, чье поведение казалось брату слишком вызывающим.
Все посмотрели на Владимира, и только Аверин – на Анонимуса. На миг губы дива дернулись в усмешке, и Аверин ощутил что-то похожее на злорадство, исходящее от него. Однако фамильяр тут же принял абсолютно бесстрастный вид.
– Главная задача Императорского дива – защищать ее высочество, – справедливости ради заметил Аверин. – И прежде всего – это я совершил большую ошибку. Если бы я сразу накрыл иллюзию сетью, та бы прошла насквозь и поймала Барика, даже боя не произошло бы. Но у меня и мысли не возникло, что дивы могут ошибиться насчет силы противника. Мы все били мимо, в иллюзорное тело, не причиняя настоящему диву никакого вреда. Спасибо, Любава, что помогла разобраться.
Неожиданно Мончинский с огромным энтузиазмом зааплодировал, и спустя мгновение к нему присоединились все присутствующие.